Согласись было бы странно, если бы я публично сказал, что моя жена бестолочь, а вот бывшая – молодец.
— А может не стоит так уж стараться, отыгрывая роль хорошего мужа? Хотя бы из уважения ко мне.
— Странное какое-то уважение, ты не находишь?
Она начала всхлипывать еще сильнее. Крупные слезы красиво текли по гладким щекам:
— Неужели ты не понимаешь, как мне плохо, Марат?! Не понимаешь, что делаешь мне больно. Я чувствую себя ненужной.
— Не говори глупости. Ты нужна мне.
— Тогда почему ты не можешь все послать ради нас?
— А почему ты никогда ради нас не могла послать своего отца? Я миллион раз предлагал все бросить и уехать.
На другой конец страны или заграницу. Куда угодно. Но ты все время повторяла, что не можешь, что есть обстоятельства которые сильнее нас? — устало спросил я, — а теперь, когда такие обстоятельства появились и у меня тоже, ты требуешь молниеносных решений. Или это другое?
Подняв на меня взгляд полный муки, Альбина простонала:
— Потому что ты мужчина! Ты должен нести ответственность.
..
— А я что по-твоему делаю? Как раз несу ответственность. За свои слова, свои решения, — это разговор по кругу об одном и том же уже утомлял. Как и слезы, — а вот ты переобуваешься на лету и подставляешь нас всех.
— Кого это нас? — тут же взвилась она, — тебя и твою драгоценную жену?
— Всех нас, — твердо повторил я.
— А знаешь, что? Если ты так печешься о вашей репутации, раз я для тебя стала пустым местом, то можешь не приходить ко мне больше! — с этими словами она подскочила к входной двери и распахнула ее.
Разговор все больше заходил в тупик.
— Пожалуй…ты права. Я пойду.
— Марат!
— А ты просто посиди, подумай. Надеюсь, это поможет.
— Не смей уходить! — Аля попыталась закрыть дверь, но было уже поздно.
Я легко остановил ее слабое движение и переступил через порог:
— Звони, когда будешь готова к взрослому диалогу.
Я впервые уходил от нее, не разомлевший от любви и ласки, а клокочущий от гнева, как вулкан, который вот-вот рванет.
И не было ни сожалений, ни вины, ни желания помириться.
Я не знаю, когда это произошло, но что-то внутри меня сломалось. Отпала какая-то деталь, отвечающая за трепет перед Альбиной. Я по-настоящему на нее злился.
Глава 19
После насыщенного рабочего дня хотелось тишины, спокойствия и два килограмма шоколадных конфет. А лучше три. И тортик. И чтобы кто-то помассировал напряженные плечи.
Если с конфетами и тортиком я могла разобраться сама, то о массаже можно было только мечтать.
