— А-а-а, — понимающе протянула я, хотя на самом деле ничего не понимала, — хорошо.
Какая муха его укусила?
А тут еще Роман влез:
— Мог и не напрягаться. Я бы привез твою жену прямо к дому. В целости и сохранности.
— Я сам разберусь со своей женой, — сквозь зубы процедил Ремизов.
— Как скажешь. Сам так сам, — Седов невозмутимо пожал плечами, затем обратился ко мне, — до понедельника, Есения. Нам с тобой будет чего обсудить.
— Конечно, Роман Дмитриевич.
— Все идем, — нетерпеливо встрял Ремизов и, ухватив меня за руку, буквально силой поволок прочь.
Я только ногами успевала перебирать и глазами хлопать.
Да что на него вообще нашло?
Как будто пытается поскорее отвязаться от Седова!
Жёсткая ладонь на моем запястье, не расслаблялась ни на миг. Марат отпустил меня, только когда дошли до машины. И пока он убирал чемодан в багажник, я растерянно терла то место, за которое он меня держал, чувствуя, как мурашки поднимаются к плечу.
Как хорошо было эти два. Почти не больно. Я отвлеклась, расслабилась, а стоило вернуться и снова с головой да в омут.
В эти проклятые мурашки, которые бегали и внутри, и снаружи. В эти переживания, от которых ломило сердце.
— Чего стоишь? — он пытливо уставился на меня, — Садись.
— Хорошо, — я поспешно юркнула внутрь, пристегнулась и уставилась в окно, как будто мне было очень интересно наблюдать за тем муравейником, что суетился вокруг нас.
На самом деле, не интересно. Совсем.
Просто так безопаснее. Для меня. И моего снова разогнавшегося до космических скоростей сердечка
***
В салоне автомобиля было тихо.
Ремизов не стал включать музыку и единственным звуком, рвущим звенящую тишину, было цоканье поворотников.
— Как поездка? — первым подал голос Марат.
— Мне очень понравилось, — я все-таки заставила себя развернуться и посмотреть на мужа.
Профиль хмурый, губы недовольно поджаты. Он будто сердился на что-то.
Знать бы еще на что.
— Я рад.
— А у тебя как поездка прошла?
— С переменным успехом.
— Почему?
Боже, зачем я это спрашиваю.
Какое мне дело, как у них с Альбиной все прошло?!
Я, наоборот, знать этого не хочу. Слышать не хочу. Не надо.
Он не ответил, только раздраженно плечом дернул, из чего я сделала вывод, что не все так гладко в Сладком Королевстве.
Чуть было не сказала: милые бранятся — только тешатся, но вовремя замолкла.
Не моего ума это дело. Может у мужика беда, а тут я со своими прибаутками.
Дальше снова молчание.
Я чувствовала себя неуютно. Потому что что-то было не так.
