Ее уверенность в том, что можно пустить слезу и я сразу закрою неприятную тему, вызвала недоумение. И раздражение.
Не знаю как такое возможно, но сегодня меня Альбина раздражала.
***
Я не привык к таким ощущениям. Они были в новинку для меня. Были чем-то странным, инородным, но такими явными, что не отмахнуться.
— Защищаю только потому, что ты говоришь и делаешь ерунду. Мы изначально с тобой все обговорили. Брак сроком на год, только на бумаге. Я закрою обязательства перед семьей, заодно отвлечём от нас твоего отца.
Потом мы с Есенией расходимся каждый в свою сторону и занимаемся своими делами. И никто ничего никому не должен. Ты была с самого начала в курсе этих планов, даже сама предлагала завести какое-нибудь «прикрытие», чтобы на нас с тобой перестали обращать внимание, а теперь…
— Я просто не думала, что ты действительно женишься! — выпалила она, — да я предлагала и прикрытие и все остальное, но не верила, что ты это сделаешь, а потом все закрутилось, и…и я передумала.
Тяжко вздохнув, я сжал пальцами переносицу.
Как у нее все просто. Взяла и передумала. Как будто мы в карты играем, и в любой момент колоду можно перетасовать заново.
— Аль, так не делается. Это не шутки, и не игрушки. Затронуты не только мы с тобой, но и семейные дела. Есения…
— Ну да, Есения. Куда же без Есении, — едко сказала она, всплеснув руками.
— Этот год…а точнее оставшихся девять месяцев – никуда. И всем будет легче, если ты не станешь искать с ней встреч, и уж тем более прекратишь устраивать диверсии.
— Какие еще диверсии? — фыркнула она.
— Прекрати. Роман рассказал о подставе с документами. Ему потребовалось десять минут, чтобы во всем разобраться. После этого он вызвал к себе твою подругу Алису, надавил на нее, и она заложила тебя по всем пунктам. Он ее уволил. Странно, что ты до сих пор не знаешь об этом, а еще страннее, что это вообще могло произойти.
По мере того, как я говорил, Аля краснела все сильнее. Взгляд бегал, как у нашкодившей малолетки.
— Для чего ты это сделала?
Она судорожно втянула воздух, а потом выпалила:
— Я хотела, чтобы ее уволили! Хотела убрать ее оттуда, потому что она везде! Рядом с твоим бывшим другом, который меня терпеть не может, а ее почему-то взял под крылышко.
Рядом с твоими браться, родителями. Она везде! Все вокруг считают меня твой бывшей, брошенкой и шушукаются за спиной, мол Ремизов поигрался и дальше пошел.
— Не все ли тебе равно, кто что говорит. Плевать на них.
— Тебе легко говорить, ты на коне.
