Военные же «Блэкхоки» были самыми простыми, в транспортно-десантном исполнении, без всякой лишней теперь электроники, но с каждого борта у них торчало по «мини-гану», умевшему выплевывать от двух до четырех тысяч пуль за минуту, по желанию стрелка, и такой вертолет мог косить атакующих мутантов с потрясающей эффективностью. «Чинук» больше использовался для полетов на атомные станции, которых здесь было две, одна возле Коламбии, а вторая возле Флоренса.
В общем, психи ничего нам противопоставить уже не могли — они не могли повредить бронированные «Хамви» и мрапы, они не могли укрыться от наблюдателей с вертолетов, а те же «мини-ганы» производили среди них настоящее опустошение.
Даже странно при этом видеть, что при таком превосходстве человека мир все же почти что погиб. Но это уже не к военным вопрос, это скорее к тем, кто запустил в оборот непроверенное лекарство и настоял на обязательности вакцинации. И к тем, кто сконструировал тот убийственный грипп, для которого и потребовалась вакцина.
Несмотря на мое желание больше заниматься именно спасательными операциями, Эббот передвинул меня на «войну за ресурсы».
— Какая разница? — сказал тогда он. — Все равно все тащим сюда, и людей, и имущество. И даже тактика не отличается — разведал, обезопасил место, вывез. С людьми даже проще, их можно просто затащить в вертушки, а за имуществом потом еще и машинами прорываться.
Это да, это верно. Мои группы больше действовали с земли, чем с воздуха. В Чарлстоне размещались огромные склады — именно отсюда великое множество военного оборудования и техники отправлялось судами и воздухом в зоны конфликтов.
В городе размещалась объединенная военная база, в которую входила и транспортная авиация, и терминал для военных транспортных судов, и отдельный транспортный батальон Армии, который это все обеспечивал, и транспортная бригада резерва, в общем, одного военного имущества было столько, что таскать — не перетаскать. Вот мы этим и занимались.
У нашей новой власти планов было, как я понимаю, невероятное множество, а какими силами их все выполнять — это уже для всех загадка. Поэтому на борту «Багамас Куин» шел постоянный отбор полезных людей их числа выживших. Кого-то сразу приставляли к делу, кого-то быстро учили или переучивали, прямо там, на борту лайнера, кого-то все же отправляли дальше — членов семей, тех, кто внятной ценности как работник не представлял, детей и пожилых людей.
