Если бы она пришла минут на десять-пятнадцать раньше, наверное, я бы уже сидел за убийство или тяжкие увечья.
– Привет, – пропела она, усаживаясь рядом со мной и прижимаясь бедром к моему бедру. – Как успехи?
Я резко отодвинулся и встал.
– Значит, так, дорогая моя, – произнес я, глядя на нее в упор. – Если я еще раз узнаю, что ты мне мешаешь, если ты еще хоть раз попробуешь заставить Дану есть то, что ей нельзя, ничего хорошего тебя не ждет.
– Да? – Она сладко потянулась, выставив грудь. – А что меня ждет?
– Увидишь, – грозно пообещал я.
– И уж в любом случае я поставлю в известность твоего дядю о том, как ты вредишь его дочери. Не думаю, что ему это понравится.
– А я ему скажу, что ты все врешь и Данка все врет. Просто вы мне мстите и наговариваете на меня. Понял?
– За что же я тебе мщу, интересно?
– А за то, что я на твои ухаживания не отвечаю. Ты меня с самого первого дня домогаешься, но у тебя ничего не получается, вот и мстишь мне. И попробуй докажи, что это не так.
– Ну ладно. – Я улыбнулся. – А Дана за что тебе мстит?
– Из зависти. Завидует, что я такая изящная и красивая. Ей такой никогда не стать.
– Это точно, – медленно проговорил я. – Ей такой не стать никогда. Знаешь почему? Потому что она к этому не стремится. Она станет такой, какой станет, и будет красивой своей собственной красотой. А такой, как ты, она быть не хочет вообще. Потому что ничего красивого в тебе нет. В тебе есть только злоба, зависть и глупость, поэтому ты уродина.
Юля выскочила из столовой как ошпаренная и помчалась по коридору в свою комнату, а я, не откладывая в долгий ящик, постучал в дверь папаниного кабинета.
– Можно, Михаил Олегович?
– Входи.
Папаня сидел, развалившись в кресле, и смотрел по телику футбол. Неужели для того, чтобы смотреть футбол, нужно заводить кабинет?
– Михаил Олегович, я пришел извиниться перед вами.
– Что случилось? – Он недовольно оторвал глаза от экрана.
– Я оскорбил вашу племянницу.
– Юльку-то? И что ты, интересно, ей сказал?
– Я сказал, что она завистлива, злобна и глупа. И еще сказал, что она уродина. Мне очень неловко.
– А чего? Правильно сказал. Она такая и есть. Даже еще хуже. Чем же она так тебя достала?
– Она соблазняет Дану пирожными и мешает ей соблюдать режим.
– Вот сучка!
Он повторил те же самые слова, которые сказал я сам некоторое время назад. Мне сразу стало легче, и я решил пойти до конца.
