Завтра пришлю портного, пусть снимет мерку и шьет тебе платье.
– Пап, не надо, пожалуйста. – От страха Дана готова была расплакаться. – Я никуда не поеду.
– Глупости! Ты отлично выглядишь и прекрасно танцуешь.
Мне было так жалко девочку, что я решил вступиться.
– Михаил Олегович, ей там не с кем будет танцевать, настоящее аргентинское танго мало кто умеет…
– Глупости! – прервал он меня. – Я узнаю заранее. Если у Лановского на приеме не окажется партнера для Даны, ты поедешь с нами и будешь с ней танцевать.
Я собрался было ответить что-нибудь резкое, в том духе, что моей зарплатой поездки и танцы на приемах не оплачиваются, но вдруг перехватил полный ненависти взгляд Юли. И передумал.
– Конечно, Михаил Олегович. Со мной Дане будет спокойнее, все-таки мы сможем каждый день тренироваться, а знакомый партнер – это очень важно.
– Ну, вы продолжайте, занимайтесь, – царственно разрешил папаня и увел публику, оставив нас с Даной одних.
Дана стояла, понурившись и опустив плечи.
– Не бойся, – ласково сказал я.
– Со мной не страшно. И потом, рано расстраиваться, это еще не скоро.
– Надо мной будут смеяться, – упрямо проговорила девочка.
– Никто не будет смеяться, даю тебе честное слово. Над чем смеяться-то? Выходит человек и делает то, чего никто из них не умеет. Причем делает хорошо, легко, уверенно, с блеском. Над чем тут смеяться?
– А вдруг у меня не получится? Вдруг я собьюсь и все испорчу? Получится, что я как дура…
– Так вот для того, чтобы ты не сбилась, мы и будем заниматься каждый день, пока не доведем все движения до полного автоматизма.
За месяц знаешь как много можно успеть? Ого-го!
Короче, я ее уговорил.
* * *А через несколько дней меня озадачила одна неожиданность. Причем неожиданность неприятная. Вес у Даны стал прибавляться. То есть сначала он перестал уменьшаться и стоял как вкопанный, потом стал на двести граммов больше, потом на полкило. Я схватил «талмуд» и начал внимательно просматривать все записи за восемь месяцев – именно столько мы занимались с Даной.
Сопоставлял питание, питьевой режим, нагрузку – и ничего не понимал. Вес на протяжении этих месяцев стабильно снижался, а если прибавлялся, то исключительно за счет жидкости, если девочка съедала что-нибудь соленое, и уже на следующий день, после обильного питья, опускался до ожидаемой отметки. А теперь он не опускался, а, наоборот, прибавлялся, хотя готовила домработница Нина по-прежнему только то, что можно. Я ничего не понимал.
