Но мне, честное слово, в голову не пришло, что она будет об этом спрашивать. Надо выкручиваться.
– Свет, она же женщина, она от меня эти цифры скрывает. Просто комплексует ужасно, что у нее лишний вес.
– Понятно, – снова усмехнулась Света. – Но сколько этого лишнего веса? Ну хотя бы примерно. Десять килограммов, двадцать, тридцать. Или, может, сто?
А черт его знает, может, и сто. Если девчонка даже в школу не ходит, потому что стесняется сама себя, значит, там проблема – ого-го! Я напряг свои скудные знания анатомии и физиологии и быстро прикинул, что в пятнадцать лет при росте сто шестьдесят пять сантиметров девочка должна, чтобы хорошо выглядеть, весить килограммов пятьдесят – пятьдесят пять; если она будет весить восемьдесят, она будет выглядеть толстушкой, но не до такой степени, чтобы стесняться ходить в школу.
А коль в школу она не ходит, значит, вес перевалил, скорее всего, за девяносто. Стало быть, лишних получается килограммов сорок. Или даже пятьдесят.
– Сорок, – произнес я не очень, впрочем, уверенно.
– Или около того.
– Ладно, записывай. Сначала расскажу про питание, потом про упражнения, потом поделюсь некоторыми своими ноу-хау. Кстати, твоя нынешняя пассия винегретик любит? Или селедочку под шубой?
– Конечно, – тут же ответил я.
А какой же русский человек не любит винегрет? Самая что ни есть наша национальная еда.
– Исключить категорически, – отрезала Светка и дальше начала рассказывать такое, что у меня волосы на голове зашевелились от ужаса. Она диктовала перечень разрешенных продуктов и способы их приготовления, а я записывал и удивлялся: как это вообще можно есть? Проще умереть от голода, чем давиться всем этим.
Один шпинат чего стоит, я, например, на него даже смотреть не могу, не то что принимать внутрь.
Когда дело дошло до Светкиных ноу-хау, моя бывшая подружка снова меня огорошила неожиданным вопросом:
– Она подкусывает?
– Кого? – не понял я.
– Ну, я имею в виду – заедает?
– Что заедает?
– Да все, что угодно: волнение, стрессы, мелкие неприятности, долгое ожидание.
Она хватается за бутербродики или конфетки, когда места себе не находит?
– Это да, что есть, то есть.
Тут я не колебался ни минуты. Руденко же сам сказал, что дочка разъелась.
– Курить бросала?
Это в пятнадцать-то лет, да при таком папаше? Наверняка даже и не начинала.
– Нет, она никогда не курила.
– Мой тебе совет: купи ей пазлы, пусть складывает. Это мое собственное изобретение в борьбе с обжорством.
