– И где ты сейчас? Выступаешь где-нибудь?
– Нет, – я жестом указал на ногу, – пока долечиваюсь.
– А, ну ладно. – Его интерес ко мне моментально угас.
Ну понятное дело, что с меня взять, если нельзя делать на меня ставки. Услышав, что я нигде не выступаю, Стас как-то быстро свернул разговор и распрощался со мной, и, хотя мы оба вернулись в ресторан, он сел за столик подальше от нас с Даной. В тот момент, когда мне принесли счет, я поймал его взгляд и со злорадным чувством протянул официантке кредитную карту.
Пусть видит. Пусть знает, что у меня все в порядке. Рано меня похоронили.
Наверное, кое-что из прочувствованного было написано на моем лице, потому что Дана спросила:
– Он вас расстроил?
– Кто? – нахмурился я.
– Этот ваш знакомый, с которым вы выходили. Он сказал что-то неприятное?
И я решил не врать. Пусть девочка знает, что тягостные чувства бывают не у нее одной.
– Да, он меня очень обидел. Во-первых, он считал, что я давно умер, а слышать такое не очень-то приятно. Во-вторых, он дал понять, что я ему неинтересен, потому что он не может делать на мне деньги.
И это тоже не очень приятно. Ну что, пойдем? Нам пора ехать, а то из графика выбьемся, и твой папа будет меня ругать.
Дана послушно поднялась, и я подал ей куртку. Нет, ей-богу, я ничего такого в виду не имел, просто какие-то крохи приличных манер родителям все-таки удалось мне привить. Что может быть естественнее, чем подать даме пальто? Я сделал это не думая, совершенно автоматически. Но Дане, по-видимому, никто никогда не помогал одеваться, и она растерялась.
Я стоял, держа в руках ее куртку, а она стояла передо мной и не знала, что с этим делать. А Стас сидел через несколько столиков от нас и со злорадной ухмылкой наблюдал за нами. Совершенно дурацкая ситуация.
– Повернись ко мне спиной, – едва разжимая губы, прошептал я, – я помогу тебе надеть куртку. Так положено. Мы в приличном обществе. Дама не должна надевать куртку сама, если с ней мужчина.
С надеванием куртки мы с грехом пополам справились, хотя попасть в рукава Дане с первой попытки не удалось.
Едва мы вышли из здания, как на нее снова напал колотун: народу прибавилось, и теперь ей предстояло пройти метров триста до парковки отнюдь не по пустым аллеям, как рано утром. Для препирательств не было ни времени, ни возможности, ибо я понимал, что Стас наверняка смотрит в окно, оценивая мой выбор и прикидывая, есть моей даме восемнадцать или все-таки нет и сколько она весит.
