– Определенно, ты была там самой красивой, – лицемерно констатировал я. – И прикид у тебя потрясный, тебе очень идет.
Я безбожно кривил душой. Судя по тому, что я увидел на дисплее, красотки на этом приеме были высококлассные, наша Юленька им не чета. И платье на ней сидело не очень… То есть оно было, конечно, по фигуре, но нам, мужикам, всегда заметно, носит девушка одежду как вторую кожу, потому что эта одежда предназначена именно ей и именно для этого случая, или девочка просто нарядилась в то, чего носить не умеет.
Мне было очевидно, что платье такого класса девушка Юля надела впервые в жизни и все время чувствовала его на себе. Наверное, ей действительно не особо везло вчера с кавалерами, потому что она больше думала о том, как выглядит, чем о том, чтобы быть милой и обаятельной.
– Спасибо. – Девушка скромно улыбнулась, и мне показалось, что она прижалась ко мне еще сильнее. – Это дядя Миша мне купил, специально для приема. Очень дорогое. Ужасно жалко, что ему приходится тратить такие деньги ради одного дня.
А все из-за тебя, Данка. Куда мне теперь это платье девать? В институт в нем не пойдешь, оно только для шикарных мероприятий годится. Будет теперь в шкафу висеть без дела. Данка все равно никогда в него не влезет.
– Ну почему же, – я вежливо отодвинул прильнувшую ко мне Юлю и встал, – пройдет время – и влезет.
– Да ну, перестань! У нее никогда не будет такой фигуры, как у меня.
Дана смотрела в сторону и молча глотала свой кефир, словно не видела нас и не слышала.
Но она определенно все слышала, потому что при последних Юлиных словах сделалась пунцовой.
У меня на языке вертелся резкий ответ, но я одернул себя и промолчал. Артем предупреждал: не связывайся с Юлькой, она жуткая стерва, и если что не по ней – может напакостить так, что костей не соберешь. Вот интересно, как мне расценивать ее явные заигрывания? Если я на них не отвечу, это будет «не по ней»? И тогда мне грозят неприятности? А если отвечу, то получится, что мне грозят неприятности от папани.
Само собой, папаня главнее, но он прост и понятен, как чугунная гиря: бьет больно, но траектория и сила удара очевидны и хорошо прогнозируются. А вот чего ждать от очаровашки Юленьки и в какой момент – предсказать невозможно.
Оставив сестер наедине, я ринулся в свою комнату записывать названные Юлей имена, которые уже с трудом удерживал в памяти.
После этого прошла неделя, в течение которой не случилось ничего интересного.
