– Я никогда не езжу без шлема, – тут же поспешила заверить я. – И скорость не превышаю. Никогда. Ну… почти.
На этой фразе я немного замялась. От Лени не удалось утаить ложь, поэтому он стал еще более категоричным.
– Обещай, что ты не станешь гонять на мотоцикле, тем более по городу.
Мотоцикл – то, что больше всего связывало нас с отцом.
– Я не могу тебе этого обещать, – постаралась я возразить как можно мягче, – мне нравится кататься.
В конце концов, мотоцикл появился в моей жизни намного раньше, чем Леня.
– Что ж, ты взрослая девочка и сама можешь оценить все риски, – сказал Леня. – Вернемся к этому разговору позже.
В его голосе послышалось раздражение. В отличие от меня он не старался сглаживать углы, но больше эту тему не развивал. И я, признаюсь, выдохнула с облегчением. Хватит мне вечных запретов и непонимания мамы.
Что ж, позже так позже. Я знала, что не откажусь из-за парня от того, что всем сердцем люблю. Конечно, Леню можно понять – он за меня волнуется. Но в такой прекрасный день мне не хотелось ссориться.
Гуляли моим любимым маршрутом – от набережной Кутузова дошли до Адмиралтейства. На душе было хорошо и спокойно. Ленечка – настоящий душка: делал комплименты, смешил, обворожительно улыбался и смотрел влюбленными глазами. Редко когда мои «романы» длились дольше трех недель, а теперь почему-то казалось, что это надолго. Слова «навсегда» я боялась, но «надолго» меня вполне устраивало. Неприятных тем мы больше не касались. Если впереди у нас куча времени, зачем на самом старте отношений портить их? Но когда по проспекту с громким треском пролетел черный спортивный мотоцикл, я, не удержавшись, проводила его заинтересованным взглядом и заметила, что Леня за мной наблюдает.
Думала, он снова что-то скажет по поводу быстрой езды, но на сей раз Ленечка промолчал.
Проголодавшись, мы зашли в мою любимую булочную. Взяли улитки с изюмом и чай в картонных стаканчиках. Свободные места нашлись в «летнике». Хорошо, что жара ближе к вечеру немного спала.
Мы пили чай и болтали. Как обычно, говорил больше Ленечка, а я с удовольствием его слушала. Вечернее солнце ласково светило в глаза, отчего мне приходилось щуриться. Время от времени мы с Леней переглядывались и улыбались друг другу. Мимо шли прохожие, которые не обращали на нас внимания. Нам до них тоже не было никакого дела. Леня наклонился ко мне и большим пальцем провел по щеке, едва коснувшись губ.
– Крошка, – тихо сказал он, не отводя от меня взгляда.
