Неужели уже успели в приют доложить об этом?
Самое обидное, что в городе жители ко мне со всей душой, хорошо относятся, я многим помогла. Ведь не дураки, понимают, кто на самом деле их лечит. И вроде все милейшие люди, но своя рубашка ближе к телу. Понимают, что если я уеду, всё вернётся на круги своя и случись что серьёзное, им придётся в другой город ехать за помощью или вызывать оттуда целителя, а это лишние траты. Прани без меня не справится. Вот и обложили меня со всех сторон, следя зорким глазом.
Я хоть и могу спокойно из города выходить, в том же лесу за городской стеной травы лечебные для настоек часто собираю, но без документов как на привязи.
В академию не примут без них. Я даже в том же Форсе в гильдию целителей обратиться не могу за помощью, ведь значусь на обучении у Прани, а вмешиваться в отношения мастера и подмастерья в гильдиях не принято. Да и связываться с гильдией не хочется. Обучение в академии они мне оплатят, но за это загонят в такую кабалу, что ещё хуже, чем здесь.
Одна надежда на то, что особо одарённых в академиях привечают, и заключать контракт с академией напрямую намного выгоднее.
Они берут на полное обеспечение, стипендию платят. Потом, конечно, отработаешь каждую вложенную копейку, но как без этого.
Пока размышляла о своей нелёгкой доле, незаметно дошли до кабинета на втором этаже. Приют у нас неказистый, ремонта давно всё требует, но Гратье ремонт начал со своего этажа, недавно дверь поставил новую, табличку повесил с позолотой, где его имя написано с завитушками.
Мебель себе в кабинете сменил.
Постучав, зашла в кабинет и застала управляющего за столом в новом кресле с высокой спинкой и подлокотниками. Сидит в нём, как на троне.
— Можно? Вы хотели меня видеть.
Оторвав взгляд от бумаг на столе, Гратье смерил меня своими поросячьими глазками взглядом с головы до ног и сказал:
— Проходи. Кнуд, подожди пока за дверью.
Сердце оборвалось вниз. Неужели наказывать собирается? Кнуд в приюте провинившихся сечёт, и в сыром подвале особо резвых запирает.
Ему под шестьдесят, но мужик крепкий. Хотя, много ли сил надо справиться с детьми, это я здесь подзадержалась.
Нервно оглянулась на сторожа и натолкнулась на его маслянистый взгляд, ощупывающий мою фигуру. Поняв, что его поймали, ничуть не смутился. Это ещё больше насторожило. Кнуд на меня с поползновениями как на женщину никогда не смотрел, а тут такой взгляд хозяйский вдруг появился. И сам он сегодня какой-то странный, приосанился весь.
