– Если ты трус, то я летала с Белкой и Стрелкой в космос.
– Не смешно, – говорю серьёзно,
– Леон, – поглаживает меня рукой. – У каждого из нас была причина так или иначе поступить. Да, мне было очень больно, но… Мы оба были молоды, импульсивны. Скажу честно, что осознала это только сейчас. Я ненавидела тебя всеми фибрами души. Даже спустя годы.
Слышать подобное от любимой девушки – словно терпеть нож в сердце, вонзённый её собственной рукой.
– Но ты изменился, и я вижу, как тебе дороги Поля и Матвей… Раньше ты и вовсе не подумал бы о них, – пыхтит мне в грудь и щекочет горячим дыханием.
– Даже после того, как из-за Пуговки Джек чуть не лишился жизни… ты пришёл к нам домой. Успокоил её, подарил игрушку.
Я сам тогда не понимал, что произошло. Действовал на инстинктах.
– Я совершил непоправимое, – цежу сквозь зубы. – Если бы ты меня послушала, Поли бы сейчас не было.
– Но я же не послушала, – улыбается, обнимая меня за шею и устремив тёплый взгляд на меня. – Исправила твою ошибку. И сейчас всё в порядке.
Разве не для этого нужна семья, и в частности жена, которая устранит все косяки мужа?
Тихонько смеётся, а у меня в голове барабанная дробь проносится.
Семья...
Раньше для меня существовали только я, Джек и Вероника.
Но теперь… в моей жизни появились маленькие дорогие мне люди. И они стали частичками большой семьи. Два маленьких лучика, которых втайне называю «гномиками», каждое утро бегут ко мне, чтобы обнять.
– Прости, – повторяю в очередной раз. И Ника подаётся вперёд, целуя меня, лишь бы заткнуть.
Знаю этот приём, когда она ладонью накрывает мою щёку и увлекает меня в мир спокойствия своими ласками.
Возбуждаюсь моментально.
И усталость снимает как рукой.
Жар окатывает всё тело при мысли, что девушка, которую я однажды потерял и всё это время любил, вновь открылась мне и дала второй шанс.
Медленно, увлёкшись поцелуем, переворачиваю её на спину. Нависаю, втиснувшись между её ног, которые сейчас раздвигаю. Сжимаю бёдра пальцами. Не такие тощие, как раньше… Ника немного поправилась, что мне безумно нравится.
Из-за родов же?
Точно!
Разрываю поцелуй и хищно улыбаюсь, вглядываясь в её затуманенные голубые глаза. Моя милашка закусывает губу, и, несмотря на усталость, не желает останавливаться.
А я и не позволю.
– Ты ведь в курсе, что после боя я голодный?
– Знаю, – кивает, облизывая губки и заигрывая со мной.
Стервочка.
– Помнишь, что ты сказала мне сегодня?
– М-м-м, что именно? – стискивает меня коленями.
