Просто сильно тесно в нашей квартире, вот и психуют все. Да успокойся ты!
Каково же было мое удивление, когда мы увидели возле подъезда машину отчима. Боря дернулся назад, сгруппировался. Шел дождь, и отчим сидел в салоне, но выскочил навстречу, увидев нас. Осторожно подошел, протянул руку сперва мне.
— Извини, погорячился.
— Проехали, — ответил я, отвечая на рукопожатие.
Боря пожал его руку с таким видом, будто сделал великое одолжение. Отчим стерпел, открыл дверцу перед мамой. Мы уселись на заднее сиденье.
Дома молча разбрелись по комнатам, молча улеглись спать.
Я очень надеялся, что утро вечера мудренее, забудутся вчерашние обиды и воцарится хрупкий мир, который никому не захочется нарушать.
Поначалу мне подумалось, что так и есть. Мама, как всегда, хлопотала на кухне, улыбаясь и щебеча. Отчим пил чай с вафлями, читая газету. Мы с Борисом приняли душ и заняли свои места за столом, пожелав всем доброго утра. Все было вроде бы как всегда, но шестым чувством я ощущал, что что-то сломалось, и починить это уже не получится.
Глава 7
Утра вечера мудренее
Время шло, но мало что менялось: все те же уроки, все тем же составом наша мафия заседала в столовой на большой перемене, никаких наездов заводских на николаевских, никаких известий от Гайде о больнице — я начал остывать к этой идее. Похоже, эта задача для меня пока сложновата, а жаль, дело-то хорошее!
Боря проникся перспективой постройки дома и все бегал за мной, чтобы мы нарисовали проект вместе, но было не до того.
В четверг я вернулся домой после шестого урока.
Боря уже был дома. Бросив все дела, он выбежал в прихожую и, косясь на кухню, где царила мама, прошептал с заговорщицким видом:
— Я сделал!
— Что? — не понял я, вспомнил мем из будущего, про желчный пузырь и камешек.
— Ну, дом. Несколько эскизов набросал. Посмотришь?
Не дожидаясь утвердительного ответа, он вытащил из ящика альбом, с неким благоговением открыл его. На первой странице был нарисован дом-коробочка, на второй — схематический план комнат.
Крошечная кухня, три маленькие спальни, туалет, ванная.
— Большой! — с гордостью сказал Боря. — Семьдесят квадратов! Вот моя комната, вот твоя, эта — Наташкина. Если будет у нас такой дом, никогда в него в грязных ботинках не зайду! За всеми буду посуду мыть, и пылесосить… У нас же будет пылесос? Тихий, импортный, как в рекламе!
Глаза его блестели, семьдесят квадратных метров в его представлении — настоящий дворец. Правда, кухня она же столовая и гостиная в этом дворце — всего 6 м.
