«Глушитель» можно было накручивать на «наган», на винтовку-трехлинейку. Широкого хождения в Красной армии он не получил, но для спецподразделений был незаменимой штукой.
Павел видел, как из-за камня на тропе высунулся хмурый мужик со знакомой физиономией. Темная ватная безрукавка, серая кепка. В руке пистолет с глушителем. Он сделал знак кому-то слева, справа. Перебежал еще один: тоже в штатском, в пиджаке поверх залатанного свитера. Верест ругнулся про себя. Вот и появились, когда про них забыли, люди на загадочной второй дрезине…
— Вы кто такие, господа хорошие? — спросил он по-немецки.
— Может, пора представиться? Вы «пасли» нас в городе, «пасете» за городом… Выяснили все, что хотели?
— Так точно, товарищ капитан, мы все выяснили, — оскалился небритый тип, с которым Павел сталкивался на Линдау и которого видел в трофейной легковушке напротив квартиры Беккеров.
— Вот падла фашистская… — сплюнул Звягин. — Смотри, как по-нашему наблатыкался…
— Падла фашистская? — удивился человек в штатском. — Ты подбирай выражения, контрразведчик хренов… Перед тобой майор Савельев, боевой офицер Красной армии, с 41-го в действующих войсках, прошел весь путь от Москвы до Берлина.
Со мной такие же строевые офицеры, кавалеры орденов Славы и Боевого Красного Знамени.
Павел не удивился. Услышать что-то подобное он и рассчитывал. Только грустно стало от этих слов.
— Мы тоже, майор. И ты об этом прекрасно знаешь. Тогда какого хрена твои люди в нас стреляют?
— Извини, товарищ капитан, ничего личного, как говорится.
Просто ты, твои люди, да и твое начальство попали под раздачу. Право сильного, слышал о таком? В общем, извиняй, ты проиграл. Маловато вас осталось, нет? Вроде четверо было. Не бережешь ты людей, капитан…
— Товарищ майор, мы сюда болтать пришли? — недовольно спросил кто-то справа. — Может, закончим уже?
— Ага, скоро закончим, — хмыкнул Савельев. — Кстати, Верест, не советую вам стрелять. Только высунетесь, сразу снимем, уж поверь на слово.
Да верил он… Все кипело в нем от негодования.
Ярость в голове не помещалась! Да, контрразведка Смерш — тоже не благотворительная организация, проявляла жесткость, порой жестокость, но чтобы так цинично ликвидировать своих!
— На кого работаете, Савельев? — спросил он, чутко работая ушами. Почувствует, если пойдут. Майор не хочет шума, это ясно, боится, что немцы услышат. Ведь немцы недалеко!
— Трофейный комитет, капитан, слышал про такую структуру? Специальный отдел Трофейного управления фронта.
