Мужчины были угрозой. Даже для такой сильной драконицы, как я.
Мне передали новую порцию лекарства, еды и заряженных камней, а заодно и свежее постельное белье.
— Нужно поменять, моя девочка, — Милене сделала сочувственное лицо. — Я еще для владетеля новую рубаху сложила и штаны. Если вдруг будет желание…"
"Я бестрепетно захлопнула дверь прямо у нее перед носом, кинув переданные вещи на кресло.
У меня не было желания! Ясно?!
С усталым вздохом я уселась дорисовывать руны, все еще слыша краем уха, как дракониры радостно гомонят и постукивают в стену.
— Ты это… Не сомневайся, мы вейре Фьорре ни словечка не доложим про рубаху-то.
— Да-да, докладывайте сколько угодно, — проворчала под нос, а после вскинула взгляд, интуитивно отыскивая виновника всех своих бед.
И обомлела.
Тот сидел в кипе разворошенных одеял, как молодой бог, вернувшийся с победой. Идеальной лепки лицо, омут глаз из-под полуприкрытых ресниц, невидимая, но ощутимая на молекулярном уровне готовность к атаке. Так кошка подкарауливает мышь, подобравшись для рывка всем телом.
И верно. Стоило выдохнуть, как он бесшумным прыжком оказался около меня, одной рукой зажав мне рот, а второй сжав мои пальцы, в которых застыл мелок. Парой четких штрихов он закрыл руны и, наконец, отпустил меня. Хотя, как отпустил. Он просто убрал ладонь с моего рта. А после подхватил меня на руки и, прошагав к креслу, посадил прямо поверх брошенного белья.
Сел на кровать, как был — в разорванной, перепачканной кровью рубахе, со свившимися от пота в плотные кольца волосами, с запершейся ссадиной на губе.
Меня кинуло в жар от откровенно мужской позы. Локтями в расставленные колени, подбородком в сплетенные замком пальцы. Взгляд в упор.
Его дракон ведь силен. Слышит, как стучит мое сердце, чует мой страх, смешанный с гневом. Подняв голову, я выпрямилась в спицу. Мужское давление автоматически приводило меня в боеготовность.
Что-то я размякла. Вообразила его пациентом, а себя сестрой Терезой, готовой спасти своего врага.
Вот такой Анвар, хоть и потрепанный ядом и болью, нравился мне намного больше. С ним можно было биться на равных.
Его можно было… ненавидеть.
16. Договор
Я была уверена, что больше не увижу Анвара вплоть до отъезда в Ильву, но так уж устроен человеческий ум, проектируя раз за разом нашу будущую встречу. Как он посмотрит, что скажет, что почувствую, скажу и сделаю я.
Вот только вместо изящной холодности на меня нахлынул первородный архаичный гнев.
