Подняла потрясенный взгляд на летящего дракона, балансируя на тонкой грани, едва ощутимой пальцами ног сквозь тонкие туфли, и упала.
Я ни о чем не успела подумать, и никакая жизнь у меня перед глазами не промелькнула. Просто один миг я видела золотого дракона, парившего над головой, но не сделавшего ни единого движения в мою сторону.
Анвар видел мое падение, но не захотел спасти.
В груди словно что-то погасло. Мир еще бешено вращался перед глазами под какой-то хруст и глухие звуки ударов, а после погас и он.
9.
Драконица
— Может, умерла? — вдруг отчетливо спросил кто-то прямо в голове.
Загомонили еще девичьи голоса, втолковывающие что-то скептическому первому голосу. Меня теребили, дергали, орали чуть ли не в ухо, и я с трудом, но приходила в себя из глухой темноты. С трудом услышала стук собственного сердца, после почувствовала грудную клетку и вспыхивающее болью левое плечо, после сломанное колено, ребра, бедро, оба запястья, позвоночник. Я была вся и целиком переломана, как манекен на учебном плацу для рыцарей-первогодок.
Боли вспыхнула и прошла, но меня крутило, выгибало, растягивало невидимое нечто, словно пытаясь составить из разрозненных куском целого человека. Ужас затопил сознание.
Нет! Я не хочу умирать! Я даже не жила, только мучалась, как какая-нибудь несчастная из жития святых.
Рывком поднялась на кровати и обнаружила неожиданно уютную тишину, мягкую и чистую постель, солнечные блики, разбегающиеся по маленькой, но очень комфортной спаленке. На маленькой тумбе тикали старинные часики, в книжном шкафу книги о магии соседствовали со сказами и документалистикой.
Самым удивительным в комнате было полное отсутствие магии. Ни артефактов, ни минимальных заговоров от воров, ни стандартных заклятий на чистоту и долговечность, которыми пользовались даже веи. Стоили они копейки, а свою работу выполняли на отлично.
Я неуверенно сползла с кровати, с удивлением осознав, что у меня ничего не болит, и все находится на своем месте. Неприятные воспоминания, как меня выкручивало во сне еще были свежи, и я тут же рванула к зеркалу, стоявшему рядом со шкафом.
И окаменела.
Из зеркальной глади на меня смотрела моя точная земная копия. Идеальная и вся целенькая, как куколка в витрине.
Матовая белая кожа, темные волосы, поблескивающие на солнце, глаза того редкого грозового оттенка, который так нравился моим земным ровесникам, и изящная, по-мальчишески подтянутая фигура. Пожалуй, даже по драконьим меркам я была очень красива.
