— Мне нравятся здоровые драконы, — ответила мягче, чем хотела. На сердце у меня и впрямь стало легче. — И отоприте дверью, вам нужен лекарь.
Герцог сощурился, легли ресницы тяжелым веером, губы, еще не высохшие от крови, лукаво изогнулись в усмешке. Даже в груди что-то полузабытое екнуло.
— А разве ты не лекарь?
— Зельевар. Вылечить, конечно, могу, но диагностировать, что с вами, уже нет.
— Отдача, — коротко объяснил Анвар. — Это не лечится, поможет только сон, добрые новости и симпатичный лекарь.
На этот раз я не приняла шутку, потому что герцог откровенно побелел от потери крови, ему явно было больно.
Уже не думая, осторожно прошлась пальцами по значимым магическим жилам прямо через ткань. Потоки были в порядке, но вот магия… Магия скакала по жилам со скоростью среднестатистического гепарда, словно стремясь выбраться наружу. Нормальные драконы с такой бедой неделями лежат в лекарском крыле и даже до стакана с водой дотянуться не могут. Больно.
Я могла немногое.
— Не шевелитесь, — буркнула сердито герцогу, который немедленно приподнялся.
— Я временно запечатаю центральный узел жил, чтобы снизить бег магии. Распечатать сможете сами, но раньше, чем через неделю, лучше не трогать.
Анвар заворочался, но, когда я взялась расстегивать рубашку, затих, даже глаза прикрыл.
Я уже видела его наполовину обнаженным. Тогда, в рабочей комнатушке Милене. Но почему-то именно сейчас все ощущалось особенно странно и остро. Неуверенно. Поколебавшись, коснулась гладкой горячей кожи груди и скользнула пальцами ниже, отыскивая сосредоточие магических жил.
Анвар резко распахнул глаза, словно его ударило током. Застыла на несколько секунд, окунувшись в темноту его глаз, но он молчал и не двигался, и я продолжила. Пробежавшись по значимым точкам, нашла узел в центре солнечного сплетения и надавила, потом прошлась по болевым точкам, блокируя боль."
"Теперь, с активированной драконицей, на меня хлынула волна противоречивых эмоций. Ум судорожно фиксировал каждое мое действие и давал ему оценку. Гладкость кожи, тепло мужского тела, дыхание, отданный дар, желание защитить меня, императрица… Чувств было слишком много.
Я не выдержала и спросила:
— Вы действительно отдали дар?
Герцог повернул голову ко мне, обнаруживая знакомое противоречие между яркой улыбкой и трагичной теменью глаз.
— Отдал, если заключен договор, нельзя не отдать, — произнес он медленно. — Лучше скажи, что ты собиралась сделать? У тебя в платье спрятано зелье?
— Сонный газ… Нет, это неважно.
