Знай я, что происходит, сидела бы сейчас на занятиях, а не в карцере.
— Если герцога отравила императрица, но почему пытаются устранить меня? Я с Анваром ничем не связана…
Ничем кроме метки.
Не бывает двух Истинных у одного драконира, а у Анвара их сразу две. Значит, одна из нас ненастоящая. Лале — ненастоящая. Поэтому я тут и сижу. Торопится Лале, боится, что Анвар узнает меня, и жива я, только потому что ладанка ей мешает.
Вытянув цепочку, я снова уставилась на странную ладанку. Действительно, очень странную.
Она была со мной с рождения, но впервые магию проявила только сегодня. Но, может, она защищала меня и до этого? Анвар не смог прочитать меня и мою драконицу благодаря ее защите, быть может, я даже смогла выжить только благодаря ей?
«Я проснулась благодаря божественному сиянию, — тут же подтвердила драконица. — Божественное сияние внутри нас».
— Это не родовой артефакт? — спросила настороженно.
«Божественное сияние!»
Так… Вопрос снят. Божественное, так божественное, с кем не бывает? Со мной вот сколько угодно.
— Богиня Смеха, — сказала я неожиданно даже для самой себя. — Слышишь меня?
И ладанка в руках нагрелась. У меня только что волосы на голове не зашевелились от ужаса. Трясущимися пальцами убрала ладанку обратно в ворот, впервые за свою жизнь ощущая ее чужеродной и пугающей.
Насколько я помню, у герцога существенный такой конфликт с богиней… Насолил его предок богине крупно, но вот как ее божественная искра оказалась в моей ладанке?
24.
Жертва"
"Анвар с трудом разлепил глаза, пытаясь сфокусировать зрение. Комната расплывалась в темное пятно, а в груди словно огненный гвоздь забили. Сказывались последствия отравления ядом Арахны.
— Очнулся, наконец-то, — сказал знакомый ворчливый голос.
Повернув голову, уткнулся взглядом в хмурую Милене в длинном кружевном чепце. Вид у нее был домашний и укоряющий.
— Что я здесь… делаю?
Он с трудом поднялся с кровати, пытаясь удержать равновесие, а когда схватился за лепной столик, нагруженный документами, тот разломился, как игрушка в руках злого ребенка.
Драконье зрение выхватило далекое отражение в зеркале на том конце покоев. Бледное, потрясенное лицо, горящий взгляд, черная вертикаль зрачка, блеск чешуи и… когти
Анвар был наполовину проявлен.
Так выглядят падшие драконы, не способные вернуться в человеческую ипостась.
— Нагляделся? — иронично уточнил Кастор. — Даже не пытайся уйти, на тебе кровная Привязка семи родов.
