Или хотя бы блокировать их, чтобы не мешали походу.
– Это невозможно! – решительно мотнул головой барон Михаэль фон Штернберг.
– Половину пути мы уже прошли, друг мой, – ответил Егор, тактично умолчав, что своими успехами обязан именно принципу маневровой войны «обходить узлы обороны». Главное, за чем он следил – это держать в безопасности линии снабжения. Проще говоря – реки. Города и целые воеводства, что находились в стороне, на притоках и в середине земель, а потому не могли помешать вывозу раненых и подвозу оружия и пополнений, он даже не беспокоил.
Их черед придет потом, когда Витовт будет разгромлен и они окажутся в полном окружении без надежд на подмогу.
– Ты сможешь либо наложить руку на Литву и Польшу, либо собрать армию для битвы, – покачал головой барон. – То и другое одновременно невозможно, князь. Ты выбрал первое. Но после твоего разгрома Витовт легко получит все обратно.
– Надеюсь, он думает точно так же, – кивнул Егор.
– Трудно поверить, но я начинаю симпатизировать тебе, княже, – после короткой заминки признал крестоносец.
– Давид, положивший камень в пращу. Интересно посмотреть, насколько крепок окажется наш Голиаф?
Однако, полагаю, в любом раскладе при моей жизни Витовту будет уже не до Жмуди. Я ухожу отдавать приказы к выступлению.
Барон поклонился и стремительно вышел со двора.
– Это вранье… – сказал Егор, проводив его взглядом.
– Ты о чем, милый? – не поняла княгиня.
– То, что я тебе изменяю. Что сплю во время похода с пленницами, гуляю вместе с ватагой, насилую и веселюсь.
Ведь ты поехала вместе со мной, чтобы всего этого не допустить?
– Я поехала с тобой потому, что люблю тебя, глупенький, – поцеловала его в ухо жена. – Если ждать тебя дома, то видеться мы будем два раза в году на пару недель. А мне тебя так мало! Разве только когда опять в положении буду, отъеду. Что до девок гулящих… Я тебе верю. Скажи лучше, а князю Витовту ведомо, что ты его через два месяца у Курска ждешь?
– Нет.
– А вдруг он не придет?
– А куда он, бедолага, денется?
Глава 8
Капкан"
"Все дни великий князь Витовт теперь проводил, сидя на берегу реки в складном кресле и глядя на столь близкий, но все равно недоступный восточный берег Волги.
Лазутчики, несколько раз уходившие туда вместе с купеческими ушкуями и ладьями, докладывали, что галицкий князь привел в помощь царице Айгиль дружину в семь тысяч мечей, татар же держалось окрест до пятнадцати тысяч всадников.
