Может, и в самом деле эта девчонка права? Нет никакого царевича, есть лишь куклы – двойники – и есть амбициозная царевна Айгиль – королева кукол, – решившая стать тайным правителем Орды!
– А куда делся весь гарем Керимбердея?
За стеной вновь послышался смех:
– Ты еще спрашиваешь? Догадайся сам.
Вожников покусал губу – догадаться-то было несложно. Бедняга Яндыз – и тебя, верно, ждет, та же участь… если уже…
– Так про Яндыза ты… совсем ничего?
– Нет.
– Жаль, будем искать.
Вожников зябко потер руки и оглянулся на лязг дверного засова.
Неслышно вошедший в двери слуга ступил на мягкий ковер и низко поклонился:
– К вам посетитель, синьор Марко.
Сидевший за конторским столом в высоком резном кресле юный аристократ недовольно поднял глаза:
– И кого принесло в такую рань? Неужто Луиджи или Фабио? Это я, по настоятельной просьбе дядюшки, вынужден подниматься ни свет ни заря и вести деловые расчеты, словно какой-нибудь купец, а им-то чего? Спали б себе и спали.
– Это… я бы сказал, простолюдин, синьор Марко, – несмело пояснил слуга.
Аристократ с возмущением вскинул брови:
– Простолюдин?! Так гоните его!
– Мы так и хотели, но… его не выгнать, мой господин.
– Что значит не выгнать? – удивленно переспросил юноша. – В доме что, мало слуг?
– Он вооружен, и говорит, что перебьет здесь всех!
– Каков наглец! Л-ладно! – вскочив с кресла, юный Гизольфи схватил со стены палаш. – Раз уж вы там сами не справились, трусы…
– Он говорит, что вас знает…
– Меня многие знают!
Выскочив из кабинета с обнаженным палашом в руках, юноша бегом спустился по лестнице в просторный вестибюль палаццо, украшенный мраморными античными статуями и развешенным по стенам оружием.
– А ну-ка, кто тут заявился?
Марко закричал, но тут же осекся, глядя, как какой-то молодой человек в скромной одежде простолюдина, ловко орудуя сорванной со стены алебардой, загнал всех слуг в угол – причем все слуги были вооружены!
– Ну, давай, давай, лысый! – размахивая алебардой, азартно кричал парень. – Подходи, налетай! А ты чего встал, рыбина пучеглазая? Давай и ты!
Оба слуги – парни не слабые, с виду выглядевшие куда сильнее ворвавшегося в дом наглеца – замахнулись дубинками… кои нахал с недюжинным проворством выбил у них из рук одну за другой!
– А, может, теперь и со мной сразишься?! – молодой Гизольфи, воспылав гневом, пошел на незваного гостя.
То обернулся… и, широко улыбаясь, отсалютовал алебардой:
– Мое почтение, любезнейший синьор Марко!"
"– Феодоро? – узнав, юноша опустил палаш.
