Вожников одобрительно крякнул – молодец, вот и вышел из этого молодца толк! Совсем бравый воин.
– И еще ты, Джамиль… – Егор выцепил взглядом еще одного, но тут же осекся. – Нет! Стой на месте, неси службу. А задержанных я сам – с немцем вот – отведу. Пошли, Генрих.
Вовсе не праздное любопытство терзало сейчас заозерского князя, не праздное, а вполне обоснованное: нужно было узнать поточнее, что там на самом деле с царевичем? Убит? Или, может быть, просто тяжело ранен? Ну, свалился с лошади, унесли – это еще не гарантия гибели, как и слова судейского.
Подумаешь, видел он… Не-ет! Надобно расспросить кого-нибудь посолидней. Может быть, даже и завтра, да, наверное, и нужно бы завтра – просто Егору неохота было сейчас ждать, вот и пошел вместе с Генрихом, расталкивая по пути столпившихся у ворот зевак, повел задержанных в кордегардию – помещение для стражи, располагавшееся на первом этаже суда.
– А ну, постор-ронись! Разойдитесь, кому сказал, лишенцы!
Добравшись до нужного места, молодой человек сдал всех подозрительных дородному усачу в красно-желтом колете – выражаясь полицейским языком: инспектору по разбору, – хотел было что-то спросить, да махнул рукой – работы у «инспектора» нынче хватало, не оторваться.
Решив, что не очень-то хорошо будет приставать с пустыми расспросами к занятым людям, Вожников отсалютовал стражникам палашом да, отправив немца обратно к воротам, задумался – у кого бы чего выспросить?
– Господин десятник! Я вас, кажется, знаю.
Егор обернулся, увидев вскочившую с длинной, предназначенной для доставленных лиц лавки, даму, вернее сказать – молодую девушку: рыжую, синеглазую, испуганную… Вожников узнал ее сразу – Даная!
Юная служанка капитана Аретузи была одета в скромную темную юбку и такой же жилет поверх серой посконной рубахи, в руках девушка держала плетенную из лозы корзину со всякой снедью – зеленью, куском жареной рыбы, маринованными оливками и сыром.
– Ищу своего господина, синьор десятник, – моргая, быстро залопотала девчонка.
– Понимаете, я шла, шла с рынка, да дай, думаю, зайду – угощу господина свеженьким, знала же, что он здесь должен нынче быть в крепости, вот так и подумала, и вот, вкусностей разных ему принесла – чего сидеть-то голодным?
– Тихо, тихо, не трещи, – замахал руками Егор. – Хозяина своего, значит, решила попотчевать?"
"– Так, так, господин десятник, – служанка обрадованно закивала, глядя на десятника преданными и круглыми, как у недоенной коровы, глазами.
