Сидели не так просто, один все ж за входом поглядывал, как лестница заскрипела – высунулся:
– Кого там несет-то? Ты, что ль, Федоха?
– Я. Кому ж-от и быть?
– Оно и правда. Влезай… Парни! Кабатчик еще вина принес! Цельный кувшин.
– Вот это славно! Ковер-то растаскивайте – пущай поглядит.
Когда, передав кувшин, хозяин питейного заведения влез-таки в каморку, ковер уже был растянут вдоль дальней стеночки, придержали за кромочку, уж насколько смогли. Смеркалось уже на дворе, а уж тут-то давно было темно, едва разгоняя тьму, тускло горела свечечка.
Однако ж Федохе Утырку света вполне хватило – разглядел опытным глазом и ворсистую шерсть, и изысканно витиеватый рисунок. Он! Хорассанский! Такой ковер немало серебра стоит.
Кто-то прошептал в ухо, обдав перегаром:
– Щупай, щупай ковер-то, гляди!
– Да я уж вижу… помятый. А тута, в углу – моль.
– Сам ты, Федоха, моль! За ночь пропьем – возьмешь?
– За ночь? – прикрыв рукой алчно сверкнувшие глаза, Утырок еле сдержал радость. – Возьму, пожалуй – больно уж вы люди хорошие.
– А еще, – подмигнув, все так же настойчиво зашептал главный. – С купцами из Кафы-города нас сведешь иль с гостями сурожскими. И ковер – твой. Лады?
– Лады. Как раз сегодня, может, и заглянет сурожец один – почти кажный день заходит.
Тут же по рукам и ударили, а сурожского гостя, как тот только явился, кабатчик живенько под крышу настропалил-спровадил. Мол, компания там веселая, а внизу, в майхоне – скучновато нынче.
Сурожец не упирался – влез. Там, наверху, и выпили, и договорились.
Караван синьора Сергио Карабатти, купца из Солдайи-Сурожа, отправлялся в Крым как раз завтра с утра – лучше и не придумаешь.
– Возьмете с собой нашего товарища – он из тех мест, – рекомендовал веселый молодой парень со щегольской бородкой и усиками."
"– Из тех мест? – Карабатти недоверчиво посмотрел на молодого человека с бледным – даже в свете тусклой свечки – лицом и несколько болезненным взглядом. Кстати, и правая рука его оказалась перевязанной кровавой тряпицей, видать, совсем недавно бедолаге изрядно досталось.
– Си, синьор, – широко улыбнувшись, по-итальянски отвечал раненый. – Будьте уверены, я и мои слуги не доставим вам никаких хлопот.
– Так вы хотите взять еще и слуг?
– Конечно. Я же благородный человек!
– Но…
– И за все заплачу щедро.
В ладонь купца скользнули рейнские гульдены… некогда захваченные Егором еще в Стокгольме. Много тогда поимели – нынче на все авантюры хватало.
– Бене, – тут же согласился купец. – Хорошо.
