– Вижу, приглянулся тебе топорик, – неслышно подходя сзади, сказал Антип. – Так бери… и вот тебе пояс да нож. Сапог своих не сыскал?
– Нет.
– Ну, некогда сейчас, надевай уж поршни, в лаптях далеко не уйдешь.
Да уж, точно не уйдешь, тут Егор был согласен – обычному мужику-крестьянину, скажем, еще даже веке в девятнадцатом одной пары лаптей едва-едва на три дня хватало. Так что с лаптями… Поршни!
Эти вот, поданные Антипом, башмаки с кожаными ремнями именно так и назывались. Ну, поршни так поршни – лишь бы впору пришлись…
Присев на лавку, Егор быстро натянул обувь, прошелся: впору.
Обрадовался, хоть, казалось, с чего бы? К чему? До «уазика» только дойти да рвать поскорее отсюда, ото всех этих непоняток-разборок, или… или все же «авторитетов» попытаться отыскать?
– Слышь, Антип, а кроме этой избы, тут что поблизости? Ну, усадьба, заимка охотничья в какой стороне?
– Это и есть заимка. А боле тут ничего. Хаживали вкруг, не видали.
Вожников хмыкнул – не видали они.
– Антипко, в амбаре глянь, – встав, распорядился Иван… Иван Борисович.
Вообще, как-то странно братья ко всем относились: к Егору – явно покровительственно, но вроде как почему-то держали за своего, а вот Антипа, похоже, вообще за полчеловека считали, гоняли по любому поводу. Странно, но этот, хотя и довольно молодой еще мужик, но вовсе не безусый юноша – судя по виду, Антипу было едва за тридцать – слушался Ивана с Данилою беспрекословно. Хотя и без раболепствия тоже, просто молча делал указанное.
Вот и сейчас без лишних слов бросился во двор, да вскоре притащил откуда-то лыжи. Странные, надо сказать, лыжи: широченные, явно охотничьи, подбитые беличьим мехом! Очень удобно и практично – с горки вниз не скользят. Крепления… хм… ремни какие-то. Да уж, не беговой пластик… на котором по лесу-то, по сугробам, не очень побегаешь. И опять же – досочки тесаные, выделанные тщательно, ясно дело – вручную.
Что ж, лыжи так лыжи – Леху, «уазик», усадьбу поискать надо!"
"Экипировавшись, все четверо вышли во двор и, не оглядываясь, покинули заимку, направляясь к ближайшему лесу.
Впрочем, лес тут был везде, а вот дорога… с дорогой дело выглядело плохо. Нигде ее что-то не наблюдалось. Ни дороги, ни усадьбы, ни колеи… ни лыжни даже!
И эти-то еще, блин, попутчики, лыжники хреновы… Трупы в снегу бросили, в полицию никто, похоже, заявлять и не думает… ну дела-а-а!!! Некогда, говорят.
