– На постоялый двор захудалый пойдем, – ответил вместо атамана Сучок. – Хоть бы и в корчму Одноглазого Нила. Веселое место, охх!
– Да, – Антип согласно кивнул, к чему-то напряженно прислушиваясь. – Давненько не веселились. Что там на усадьбе такое? Что за шум?
И в самом деле, со двора боярина Хватова явственно донеслись чьи-то возбужденные голоса, крики и брань, а вот еще и свист, разухабистый, громкий…
– Никитка Кривонос разухарился, – сразу определил молодой Онисим Морда. – Его посвист. Чегой-то у них там деется!
– Да, не сложилось, похоже, – Вожников согласно кивнул и взглянул на старшого.
– Придется выручать, а?
– Ага! – Антип кивнул на захлопнувшиеся с грохотом ворота и выругался. – Опоздали!
– Да-а, – протянул Карбасов. – Стены-то высоки, не влезешь.
– Говорили им – по-тихому…
– Что-то придумать надо. Не бросать же в беде.
– Да не бросим.
Левая створка ворот вдруг резко распахнулась, и чье-то выброшенное оттуда тело, описав пологую дугу, упало прямо в грязную лужу.
– Ого! – изумился Егор.
– Прямо как «Золотой теленок».
– Какой еще теленок?
– Ну, Паниковского выбросили. Сына лейтенанта Шмидта.
Упавшее в лужу тело вдруг завозилось, заругалось тонким подростковым голосом, встало…
– Федька! – разом ахнули все. – Ты как здесь?
– Да так вот… выкинули.
Грязный, как джип «Кэмел-трофи», отрок, пошатываясь, подошел к своим и пожаловался:
– Сначала в уборную ладили с головой окунуть… Да старшой их сказал, что некогда.
– А наши-то где все?
Подросток поник головой:
– А наших имали.
– Ага, ага, – недоверчиво прищурился атаман. – Всех имали, а тебя, значит – на все четыре стороны.
– Да не на все четыре, – Федька обиженно шмыгнул носом. – К вам.
– К на-ам?
– Сказали – пущай за своих людишек выкуп заплатят, иначе всех воеводе с головой выдадут.
– Выкуп? – ватажники озадаченно переглянулись. – Во, волки-то.
– Сказали, до завтрева подождут, до ночи, а уж поутру – отвезут иматых воеводе.
– Да кто сказал-то?!
– Боярина Еремея Хватова люди.
Их там полный двор – все оружные.
– А вы-то… эх, теляти! Ватажники, называется. Как хоть попались?
– Да в клеть дальнюю пошли, глянуть – а там люди, живой товарец, вот и…
– Так! – Чугреев резко оборвал разговор. – О том после расскажешь, сейчас о другом думать надо. Сколь там наших?
– Никита Кривонос, Осип и еще трое… Всего – пять, – деловито перечислил Микеша Сучок.
– Хорошо хоть всех с собой не взяли! Тьфу! И что хотят?
– По десять денег за кажного.
