— Я понимаю ваше бедственное положение, сочувствую горю вдовы, — продолжал паренек, закрывая коробочку с колье и возвращая ее на место, — но в наше время, увы, драгоценности перестали быть капиталом. Ваш покойный супруг, Матвей Сергеевич, приносил нам диадему незадолго до своей безвременной кончины. Неплохая была работа, но я не смог дать за нее больше двух с половиной тысяч целковых.
С мягким щелчком закрылась дверь шкафа, выпустив тайну на белый свет. Да, я за скудным завтраком наскоро просмотрела список, который нашла в бумагах, и попыталась сличить его с тем, что перебирала и готовила к продаже Парашка.
Список не совпадал с тем, что было в ее руках, и я подумала… да ничего я не подумала, мало ли, когда был составлен этот перечень, сколько с тех пор утекло воды. Теперь стало ясно: мой муж забрал и продал кое-что из украшений — самое дорогостоящее. Но даже все, что у меня имелось, его спасти не могло.
Наивно было и полагать, что купец третьей гильдии будет баловать жену шедеврами ювелирного дела.
Он покупал ровно то, на что у него хватало средств, что могло вызвать восторг и зависть у таких же, как он, мелких предпринимателей.
Шестнадцать тысяч, из которых половина сразу уйдет на долги. Какую-то часть долгов я могу придержать, бесспорно, часть, которая не касалась моей семьи, моего мужа. Люди, с которыми сотрудничал он, нужны и мне, и мне придется выровнять наши отношения. Я не могу быть в долгу перед теми, с кем намерена говорить и действовать на равных, иначе меня затопчут.
Это бизнес, мой голос обязан звучать с прочими наравне, а в бизнесе равенство обеспечивают только деньги.
Что я могу сделать на эти шестнадцать тысяч, что? Формально средства немаленькие, но это если не рассматривать их как стартовый капитал.
— Я могу предложить вам кое-что, Олимпиада Львовна, — ласково сообщил мне паренек, садясь на свое место напротив меня. — Если вы наймете у нас квартиру, то за первые три месяца мы возьмем с вас меньше на двадцать процентов, — и он кивнул на гору ничего не стоящих сокровищ.
— Всего сорок два целковых, после трех месяцев — пятьдесят три целковых. Недавно построенный дом, второй этаж, три комнаты, меблировка. Оплату за год вперед вычту из причитающихся вам средств — шестьсот три целковых.
Банк нигде не упустит своей выгоды, ни в одной эпохе. Пока я осмысливала предложение — возможно, оно превосходное, если учесть, что я ни черта не знаю о ценах на аренду недвижимости, — паренек сунул мне под нос буклет.
