Как-то я эту ночь не продумала до конца. Теперь ведь официально они имеют право все потребовать брачной ночи? Я сгорю со стыда и умру от истощения. Или наоборот.
Как только лифт останавливается, сползаю с рук мужа и выбегаю в коридор. Марс неотступно следует за мной. Но перед новой каютой, которую Зоя с мальчишками заранее украсили и обставили для молодожёнов, торможу и разворачиваюсь, утыкаясь носом в грудь мужа. Хочу попросить дать немного времени. Платье, в конце концов, снять, в порядок себя привести. Только у принца свои планы на этот счёт.
— Как же долго я тебя ждал, — выдыхает Марс и, прижав к двери, сминает губы поцелуем.
Упираюсь кулаками в грудь мужа, возмущённая его напором. Но быстро сдаюсь. Пора уже привыкнуть, что доминировать и управлять этими мужчинами невозможно. Особенно когда желания и чувства такие же взаимные и сильные.
Прикрываю глаза, просто доверясь ощущениям. Марс кончиками пальцев оглаживает шею, ключицы и голые плечи. Мои стоны выпивает. Жадно губы мнёт, языком глубже толкается.
А меня в жар бросает и всю в струнку вытягивает.
Просто гладит, просто касается, просто ласкает. Но воспламеняет всю меня, оставляя обжигающие отпечатки.
— Ты такая красивая, — урчит и надвигается. Пячусь, попадая в нашу полутёмную каюту, усыпанную лепестками цветов, мишурой и маленькими электронными свечками.
— Ты тоже, — шепчу, наглаживая голые плечи мужа. Когда успела залезть к нему под рубашку? Нет, это точно помешательство какое-то. Невозможно быть настолько зависимой от прикосновений и поцелуев.
Марс плавно разворачивает спиной к себе и прижимается губами к шее. Застонав, откидываю голову, позволяя ему целовать. Принц довольно шустро и быстро расправляется с крючками платья, оно слишком открытое и с громким шелестом падает к моим ногам, оставляя меня лишь в одних кружевных трусиках.
Горячие мужские ладони тут же накрывают мои полушария, сжимая между пальцев чувствительные вершинки.
— Марс! — восклицаю, выгибаясь. Так остро и желанно.
Развернувшись, тянусь к губам принца.
Хочу ещё головокружительных поцелуев. Марс сразу же целует. Развратно, страстно, с голодным рыком. Возится с ремнём своих же брюк, стягивает их и, перехватив за кисть, заставляет обхватить его колом стоящую плоть.
Чёрт, он очень горячий. Ладонь просто шпарит, пальчики покалывают. Я плавно двигаю кистью, сильнее сжимаю его член.
— Да, Огонёк, сожми сильнее, — мурлычет, отдаваясь полностью в мою власть.
Марс будто свой внутренний огонь мне передаёт. Зажигает. Заряжает.
