Та же молча проходит мимо. Всем своим видом показывая, что злится на него. Стейбек не показывает свою горечь, ни единый мускул не дрожит, даже губы не поджимает. Но я замечаю потухший взгляд. Он ведь ради неё это сделал. Ради спасения.
— Ангелина! — окликаю её, женщина притормаживает и оборачивается. — Как только мы узнали о том, что вас похитили, я предложила ребятам совершить обмен. Меня на Вас. Ансер и Асад могут подтвердить. Но они даже не стали слушать этот план, а Стейбек послушал и согласился.
— Хорошая попытка, — усмехается кесарь.
— Помолчите, я ваш брак пытаюсь спасти! — затыкаю раздражённо. Брови мужчины удивлённо лезут на лоб.
— Вперёд, защитница, — хмыкает Стейбек, поднимая руки, будто сдаваясь.
— Он мне не нравится. С первой встречи, — заявляю блондинке. — Можно сказать, я его ненавижу.
— Ты защищаешь или закапываешь? — ворчит беззлобно Стей.
— Цыц! — шикаю, чтобы с мысли не сбивал. — Он не самый приятный человек. То есть рурк. Но его преданность семье дорогого стоит. Вы же знаете своего мужа лучше меня.
Разве стал бы он рисковать будущим сына, если бы не просчитал всё до мельчайших деталей?
Блондинка переводит взгляд на кесаря, а я, хмыкнув своим мыслям, хватаю братьев и утягиваю в первый попавшийся кабинет. Там тоже как бы личное и интимное. Не будем присутствовать.
— Какая встреча, — раздаётся сбоку хриплый смешок. Резво отскочив, жмусь к Асаду и таращусь на вольготно устроившегося Эгорда. — Привет, лапуля. Ансер.
— Что ты тут делаешь? — напрягается брюнет.
— Жду кесаря, — отвечает Стервятник.
— Пойдём, — Асад распахивает дверь и выводит нас обратно. А там свёкор со свекровью целуются.
Мы очень тактично и тихо удаляемся к лифтам, и в кабине меня пробирает смех. Уткнувшись в плечо здоровяка, хихикаю. Будто собственных родителей застукала. Глупость такая. Хотя на самом деле я почему-то подумала, что тоже хочу пронести эту любовь через года со Старкаром. И чтобы он меня также сильно прижимал к себе даже через полвека.
***
Асад
Наблюдаю за Ланой и Ансером.
Они опять переругиваются. Спорят о чём-то. От его грубости девушка вспыхивает и возмущённо бьёт по груди. А после, фыркнув, прячется под мой бок. Ищет защиты. Обнимаю её. Хрупкую. Боевую. Необыкновенную. Удивительную. Она вызывает массу эмоций. За всю свою жизнь не ощущал такого спектра. Досталось от родителей в двойном объёме. Минтакийцы, как и Ахернарцы, не очень сильны в эмоциональном плане. Они спокойны и рассудительны. А вот ахернарцы ещё и холодны.
