– Амбулатория только, но это так, одно название. Со всем мало-мальски серьезным в Феодосию возят. Можно и туда, вот только похороны же. Могу водителя отправить, он Полину отвезет, а мы пока здесь останемся.
– Нет, – в один голос воскликнули Полина и Никита.
– Отвези ее ко мне в отель, – попросил Никита. – Она там отлежится под кондиционером, и нормуль. Только проследи, чтобы она дверь заперла как следует и балкон не открывала. Пони, слышишь? Ты поспи, пока я с похоронами и поминками закруглюсь. Не могу же я Лариску бросить.
Но как только освобожусь, так сразу к тебе. А ты из номера ни шагу, поняла?
– Поняла, – кивнула Полина.
– Вы таблетку от головной боли выпейте и положите на лоб полотенце холодное, – вмешался Павел. – Действительно, после поминок я привезу Никиту в гостиницу, и тогда мы решим, что с вами делать и нужна ли вам медицинская помощь. А пока отдыхайте в номере. Гранаты ешьте. Я вам гранаты оставлю. У меня в багажнике целый ящик. Вкусные. Любите гранаты?
– Люблю, – кивнула Полина.
Павел и Никита вылезли из машины.
Молчаливый водитель привез ее в Дом писателя, доставил к самому порогу, действительно занес в номер огромный ящик с красными гранатами, проследил, чтобы она заперла за ним дверь, и Полина осталась одна.
Голова у нее уже почти не болела. Тем не менее она все-таки выпила найденную в аптечке Никиты таблетку баралгина, задернула шторы, включила кондиционер, почистила огромный гранат, истекающий в ее руках кровавым соком, залезла в постель и открыла тоненькую книжицу, оказавшуюся в ящике с гранатами.
«Легенды Крыма» было написано на ней.
Легенда о тополе, гранате и кипарисе"
"Жил неподалеку от Алушты бедный, но честный и гордый рыбак. Его жена на всю округу славилась своей добродетелью. А их дом был всегда открыт для любого путника. По всему Крыму знали о том, какие хорошие люди муж с женой, да вот только, как это часто бывает, были они настолько бедны, что еле-еле сводили концы с концами.
Всегда у них можно было найти приют, пищу и кров. Для любого оставшегося без родителей ребенка находили они доброе слово и маленький гостинец, а оставшаяся одна вдова всегда могла прийти к ним за утешением и подмогой.
Насколько ценили и уважали люди рыбака и его жену, настолько же плохого мнения были о трех их дочерях. Старшую дочь звали Тополиной. Родилась она некрасивая, слишком маленькая и неуклюжая, уродец уродцем. Ожесточилось сердце девочки из-за этого, испортился ее характер. Не было покоя от злой Тополины ее соседям.
