— Она издала сдавленное кудахтанье, вероятно означающее смех. — В доме не может быть две хозяйки. Нет, меня отправляют на пенсию. У Генри есть несколько коттеджей на территории поместья. Два из них… как бы это сказать… соединены вместе. Там есть маленький садик. Там… очень мило.
«Но не так мило, как быть хозяйкой в Тай-хаузе, — подумал Барнеби, снова представляя себе восхитительный вид, который разглядел через оранжерею. — Совсем не так мило».
— Мистер Трейс давно потерял жену? — Вот оно, опять! Словно вспышка спички в темной комнате.
Краткий отблеск страха. Филлис Каделл отвела взгляд, изучая наименее вразумительный из двух пейзажей на стене.
— Не понимаю, какое это может иметь отношение к смерти мисс Симпсон.
— Никакого, прошу меня простить. — Старший инспектор Барнеби ждал. По его опыту, люди (за исключением закоренелых преступников), которым было что скрывать, и люди, которым скрывать было нечего, обладали одной общей чертой.
Оказываясь перед полицейским, задающим вопросы, они никогда не могли молчать долго. Через несколько секунд Филлис Каделл заговорила. Она произносила слова с такой поспешностью, как будто ей не терпелось избавиться от них и покончить с делом.
— Белла погибла около года назад. В сентябре. Несчастный случай на охоте. Страшная трагедия. Ей было всего тридцать два. В местной газете подробно писали об этом.
«И все это на одном дыхании, — отметил Барнеби. — Губами, побелевшими, как молоко».
— После этого вы стали заниматься здесь хозяйством? — спросил он.
— Нет-нет. Я переехала сюда сразу после их свадьбы. Белла не слишком интересовалась домашними делами. Ей больше нравились деревенские развлечения: скачки на лошадях, рыбалка. И, конечно, Генри. Они прожили вместе почти пять лет.
— Мне кажется, мисс Лэйси слишком молода, чтобы принять на себя такие обязанности, — попробовал намекнуть Барнеби, но безрезультатно.
— Ох, я не знаю. Мне нужно думать, что она будет превосходной хозяйкой поместья. А теперь, — она встала, — надеюсь, это все."
"Мисс Каделл поспешно проводила полицейских вниз по лестнице в переднюю, но вдруг остановилась между двумя старинными, когда-то позолоченными деревянными статуями. Какое-то время они все замерли на черно-белом плиточном полу, подобно шахматным фигурам, ни на что не способным без вмешательства руки игрока.
