– Ну и чего молчим? – нарушил тишину Карл, – Что делать будем? Опять сбегать?
– Понятия не имею, – честно призналась я, чувствуя себя беспомощной. – Я не знаю, что нам делать, Карл.
И вдруг, словно в ответ на мои слова, раздался настойчивый стук в дверь, такой громкий, что я вздрогнула всем телом, и чуть не выронила ложку. Сердце пропустило удар, а в голове пронеслась мысль: «Вот он, мой конец». Карл замер, вытаращив на меня свои маленькие, круглые глаза, в которых отражался такой же страх, как и в моих.
– Ну, что, – тихо прокаркал он, – Пришёл наш смертный час?
Мое сердце бешено колотилось, когда я подошла к двери, готовясь к худшему.
Я глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в руках, и распахнула дверь, ожидая увидеть разъярённую толпу, готовую меня растерзать. Но вместо этого передо мной стояла… Анна, портниха. Она держала в руках аккуратно сложенное платье, и ее лицо выражало не столько ненависть, сколько смущение и легкую неловкость.
– Доброе утро, Элис, – робко произнесла она, избегая моего взгляда.
– Я… это… Я принесла ваше платье. Оно готово.
– Платье? – пробормотала я, совершенно сбитая с толку. – Сейчас?
– Ага, – кивнула она, поспешно протягивая мне сверток. – Извините, что так рано. Просто… ну, вы сами знаете…
– А чего это она такая робкая? – проворчал Карл, сев мне на плечо, - Неужели вчера от криков голос сорвала? Или от страха?"
"Я взяла платье, чувствуя, как мои пальцы слегка дрожат. Это было красивое, простенькое платье из грубого, но качественного полотна, как я и заказывала.
И совсем не похоже, чтобы портниха пришла меня убивать, хотя от вчерашних жителей можно было ожидать чего угодно. И насколько я помню, Анны вчера не было среди той разъяренной толпы.
– Элис, я хочу сказать, что… мне очень неловко, – промямлила она, теребя подол своего платья, – Я не знаю, почему все так взъелись на вас. Ну правда. Я вас не боюсь.
– А чего ее бояться, - прокаркал Карл, – Она вообще-то вас лечит! А вы что устроили?
Я сделала вид, что не слышу его слов, а Анна опустила глаза, покраснев.
– Это всё дело рук Регины, жены Лиама, и её подруги Миры. – прошептала она, оглядываясь по сторонам, словно боялась, что кто-то подслушивает. – Они постоянно всех подстрекают. Особенно Регина. Она всегда завидовала вам, и тому, что у вас есть дар. А Мира… ну, её бабушка старая карга, и постоянно всех мутит. Она ненавидит вас из-за вашей бабушки Агафьи, которая когда-то, яко бы, её мужа соблазнила. Вот и устроили они вчера.
