– Ей? – переспросил Евгений Петрович, делая вид, что не понимает, о ком речь.
– Вы прожженный тип, вот что я вам скажу, – подумав, выговорил Федор. – Вы продавец воздуха и скупщик чужих тайн. Вы… торгаш. Скажите честно, вас любят женщины?"
"Евгений Петрович сел к окну и тоже стал смотреть на проплывающий плэнер.
– Нет, – наконец произнес он, – не любят. Они отдаются мне без любви.
Минуту длилось молчание.
– А выпить у вас есть? – спросил затем Федор, несколько смягчившись.
Очнулся он в Екатеринбурге.
Предыдущие сутки помнились смутно. В голове остались обрывочные эпизоды и наиболее отчетливый, как он идет по вагону, заглядывает в каждое купе в поисках прекрасной незнакомки и требовательно барабанит кулаками в запертые двери. Самым мучительным было то, что Федор не помнил, нашел ли он ее, а если нашел, то насколько свинским и пошлым было его поведение. Еще в памяти засели алмазные копи царя Соломона, показавшиеся очень подозрительными, учитывая тот настойчивый интерес, который проявлял попутчик к причинам его убытия из Москвы.
Тихонько простонав, Федор сел на диване, удивленно оглядел пустую тару на столе и под столом, пересчитал бутылки. Он не мог понять, когда они успели столько выпить. Попутчик водил палочкой по экрану карманного компьютера. Наконец он оторвался от своего занятия и доброжелательно посмотрел на Федора. Тот разочарованно отметил, что сосед абсолютно трезв. И только после этого обнаружил, что лицо попутчика оголилось.
– А где же ваша борода? – удивился Федор.
– Отклеилась, – пошутил попутчик.
Федор в ответ усмехнулся правой половиной лица. Второй половиной он двигать не мог из-за сильной головной боли.
– Это… я один? – Он показал пальцем на бутылки.
– В основном да.
– Я ничего не сломал? – беспокойно поинтересовался Федор. – Ни с кем не дрался?
– Как вам сказать. Сломать не сломали, но проводнику по лицу съездили. Он пригрозил снять вас с поезда, и мне едва удалось уговорить его не делать этого. Кстати, обошлось недешево.
– Я отдам, – смущенно пробормотал Федор.
– Не стоит, – великодушно отказался попутчик.
– Я еще, наверное, бредил тут? Так вы не обращайте внимания. Это со мной бывает. Про алмазы особенно. Давняя история, очень волнительная, впечаталась в голову. – Федор решил на всякий случай подстраховаться.
– Какие проблемы, – с широкой сердечной улыбкой сказал Евгений Петрович.
Поезд, стоявший до этого, толкнулся и пополз вперед, медленно набирая скорость.
