– А кто поставлял ему? – недоумевал Федор. – И откуда?
– Из гор, конечно. Вы никогда не задумывались о существовании на нашей земле невидимых народов?"
"Это было уже слишком, и Федору вдруг стало скучно. Он ощутил себя хандрящим Байроном, которому в деревенском трактире пытаются сбыть траченый молью сюжет для романтической поэмы.
– Знаете, те времена, когда я зачитывался фантастикой о человеках-невидимках, давно миновали, – с легким раздражением сказал он.
– Я неточно выразился, – быстро взглянув на него, поправился Евгений Петрович.
– Впрочем, вы можете думать, что Бернгарту просто повезло и он обнаружил в горах золотую жилу. Вы также можете считать его красным командиром, создавшим свою партизанскую республику – кстати, при Колчаке на Алтае таких было несколько. В советских исторических исследованиях именно так и описывается эта загадочная личность.
– Простите, – сказал Федор, отодвигая тарелку, – я все-таки не совсем понимаю, в чем загадочность этой личности.
– Все дело в том, – его собеседник понизил голос и наклонился вперед, – что на Алтае никогда, ни до, ни после Гражданской войны, не было месторождений золота.
Так откуда оно там, по-вашему, взялось? В большом количестве, имейте в виду. И вот еще вам для справки: в двадцать втором году Бернгарта арестовали и продержали в тюрьме до тридцать четвертого. В тридцать четвертом его расстреляли.
– В то время это происходило со многими, – флегматично заметил Федор.
Евгений Петрович покачал головой.
– Его схватили как предводителя антисоветского мятежа, главаря контрреволюции.
Приговор по этому обвинению был один и безапелляционный – расстрел. Его же двенадцать лет держали в тюрьмах. Даже не отправляли в лагеря. Для чего? Очевидно, он располагал информацией, но не желал ею ни с кем делиться.
– Так вы полагаете…
– Нет уж, Федор Михалыч, прошу прощения, – возразил попутчик, – теперь ваша очередь рассказывать.
– Что рассказывать? – немного растерянно спросил Федор.
– Вашу историю. И не про скуку столичной жизни с несчастной любовью, а настоящую.
От кого вы бежите, кто вас хотел зарезать этой ночью и почему.
Федор вновь почувствовал себя обманутым ротозеем, которому ловкий делец всучил дрянной товар, и теперь нужно расплачиваться, потому что вернуть его уже нет возможности.
– Знаете, Евгений Петрович, – сказал он не вполне дружелюбно, – мне кажется, это будет неравноценный обмен. Приятного аппетита.
Он направился к стойке бара, чтобы расплатиться.
