Пока идут гудки, просовываю голову в горловину футболки и залезаю в джинсы. Потом, надев часы, вынимаю из шкафа толстовку.
– Говори, – раздается в динамике его недовольный голос.
– И тебе доброе утро. Встретиться надо. Ты где?
– В зал еду.
– Неожиданно, – не удерживаюсь от сарказма.
Мы с ним, собственно говоря, в зале и познакомились. Только последний год он дорогу туда забыл, предпочитая тусоваться в своем баре, курить кальян, бухать и светить писюшкой Крис налево и направо."
"– Что хотел?
– Поп*здеть надо.
– Передумал на счет бара? – отзывается насмешливо, – посчитал возможную выгоду? Я ж тебе говорил…
– В течение часа там будешь? Я подъеду.
– Подъезжай, – отвечает повеселевшим голосом.
Скидываю спортивную сумку и спускаюсь в подземный гараж. До клуба доезжаю за сорок минут, что для Москвы сказочное везение. Наверное, бл*дь, сегодня мой день.
Засекаю на стоянке его тачку и, облегченно выдохнув, быстро переодеваюсь и иду в зал единоборств. Наверняка, там прыгает вокруг груши.
Так и есть. Только не скачет, а, обняв снаряд одной рукой, скалится местной фитоняшке.
Та, выкатив сиськи вперед со смехом ему что-то щебечет, но замечает меня и, буркнув приветствие, мгновенно ретируется.
– Здорово, – протягивает Бурковский руку, – о чем пи*деть будем?
– Да, успеем… Пойдем, разомнемся, – киваю в сторону ринга, – если не ссышь.
Едко хмыкнув, он снимает с плеча перчатки и разворачивается ко мне спиной. Я иду следом, на ходу пакуя свои руки тоже.
Здороваюсь с парнями, поднимаюсь вслед за Тёмычем на ринг и встаю в стойку.
– Сто лет не махались, – смеется он, – вспомним старые добрые времена?
– Ага.
Замахиваюсь левой и наношу удар тыльной стороной перчатки прямо по ухмыляющейся роже. Бурковский, не ожидавший такого, отлетает на канаты, но быстро собравшись, возвращается в стойку.
Веселье и пренебрежительная насмешка моментально трансформируются в ярость. В глазах мелькает догадка.
Удерживая мой взгляд, медленно движется назад и, упираясь в канаты, использует их пружинящий эффект и бросается на меня, целясь правой в живот.
Отбиваю легко, встречая его хуком в челюсть. Тот валится на спину, переворачивается на бок и скручивается в ракушку.
– Фил… подожди, – обращается кто-то со стороны, но на ринг залезть не рискует.
Кровь бьет в виски и застилает глаза. В венах бешеная дурь кипит. В данный момент я убить его готов.
– Вставай, бля…
Поворачивает ко мне голову, изо рта кровь бежит. В глазах жгучая ненависть и осознание.
– Вставай!
– Ты че?..
