Усилив давление пальцев на моей шее, наклоняется и прижимается ко мне губами. Зная, что не поддамся по собственной воле и не отвечу, раздвигает зубы языком и наполняет собой мой рот.
Быстро метит территорию, больно всасывает нижнюю губу и, прикусив ее, отпускает.
Возвращаюсь в зал, терпеливо дожидаюсь, когда уйдут последние гости, заканчиваю все дела и иду в гардеробную."
"Такси я так и не вызвала – если Эйне сказал, что сам отвезет меня, значит, так и будет. И потом, после разговора в кабинете, внутри меня зародилась и продолжает расти потребность выговориться и послушать то, что он мне скажет.
Снимаю ставший мне ненавистным за этот вечер жакет, стягиваю юбку и влезаю в джинсы и удлиненный свитер. Пока собираю волосы на затылке, просматриваю телефон на предмет пропущенных сообщений и звонков.
Их два – одно сообщение и один вызов. И оба от Димы.
Вечно путает, когда у меня смены.
«Ты сегодня работаешь? Или выходной? Пойдешь со мной в клуб?»
Выхожу из приложения и, убрав телефон в задний карман джинсов, надеваю пуховик, шапку и иду на выход.
Филипп ждет у входа. Выдыхая белые клубы пара, смотрит в экран телефона. Но, едва я оказываюсь перед стеклянными дверями, тут же убирает его в карман и шагает навстречу.
Караулил. Боялся, что сбегу.
Забирает мой рюкзак и бросает его на заднее сидение, затем открывает для меня дверь.
Салон уже прогрет, тихо играет музыка, теплое кресло гостеприимно обнимает мой зад. Резко открывшаяся водительская дверь запускает внутрь порцию морозного воздуха и Филиппа.
Пристегнувшись ремнем, он сразу трогается с места. Выезжает с парковки на проезжую часть и ловко вливается в неспешно двигающийся поток автомобилей.
Молчим оба минут десять, но воздух в салоне буквально трещит электричеством. Мы словно набираемся сил для эпохальной битвы.
– Ну, так что?.. – начинает, наконец, – чем я тебя унизил?
Сердце, все это время тихо трепетавшееся в самом дольнем уголке грудной клетки, подскакивает на месте и делает рывок к горлу.
Окольцевавшая голову боль давит на виски.
– Ты сидел и любезничал с ними как на светском рауте, – озвучиваю свою претензию, уже в процессе понимая, как глупо она звучит.
– Тебя это унизило?
Вскинув брови, посылает мне удивленный взгляд, от которого я заливаюсь краской с головы до ног.
– Нет, конечно… но ты вел себя…
– Кристина, я знаком с Соней уже очень много лет, – перебивает, ударяя по самолюбию еще больнее, – мы дружили до того, как стали встречаться.
