Прыгает как мартышка, лепечет что-то на французском, улыбаясь, как будто знает, что именно съедает меня. Не понимает даже тогда, когда я за шею волоку его из дома, насколько близок к тому, чтобы растерять по дороге все зубы.
Мне остается выдохнуть и успокоиться, пока не наворотил дел. И понадеяться, что не все потеряно. Только не это…
Нет, этот парень или сумасшедший, или точно решил сдохнуть! Он только что коснулся моего подбородка, погладил меня, словно я какое-то домашнее животное! Рука действует быстрее осознанной мысли, сжимаясь в кулак, и вот уже на пол тугой каплей падает кровь.
– Черт… Настя, я не хотел.
Надеюсь, мой взгляд ясно говорит французу, что я ни о чем не жалею.
– В следующий раз не будет трясти голыми яйцами! Мог бы и одеться.
– Он не с голыми, и не мог. Он мне позирует для рисунка, который просто горит, как надо сдать. А теперь что? Как прикажешь быть?
Как? Я смотрю на блондина, что валяется на моем диване, обиженно дергая кадыком, чувствуя в себе готовность его придушить.
Терпеливо слушая, как на лестнице затихают шаги Эльфа.
– Т-ты! – едва мы остаемся одни. – Что у тебя с ней?! Отвечай!
Черт! И ведь даже схватить не за что. Скользкий и голый, зараза! Вот разве что за яйца. И оторвать.
– Парень, ты меня ударил, и это серьезно! – еще смеет возмутиться.
– Кажется, я тебя спросил… – нашего общего на двоих знания английского едва хватает, чтобы объясниться.
– Это пусть тебе крошка Белль сама расскажет «что», если захочет, – не тушуется блондин, выглядывая из-под компресса.
– Извини, но я не при делах. А ты что же, – расплывается в глупой улыбке, и мой кулак замирает у его зубов, – ревнуешь, милашка?
Что? Милашка?! Он сказал cutie? Серьезно?!
Я откатываюсь назад, угрожающе наводя на француза сложенную в форме пистолета ладонь. Клянусь, еще немного, и весь мой запас прочности слетит к чертям. И плевать, гость он или нет.
– Что? – округляет парень глаза, глядя на мой палец.
Спрашивает, изображая изумление: – Предлагаешь за него укусить, Стейс?! Прости. Но я немного не в форме, красавчик. Придется подождать.
Нет, не получится у нас разговор. Если я останусь с этим придурком еще хоть секунду, я врежу. На этот раз вдавлю до хруста, ссыпав зубы во рту.
Он не кажется худым, напротив – жилистым и ловким, но мне легко удается найти его шею и хорошенько за нее встряхнуть, прежде чем снова откинуть на подушку.
