– Мы тут как раз все припозднились с побудкой, захлопотались вчера, вот вместе и позавтракаем…
– Господи, Настя! – хватается рукой за сердце, когда я появляюсь на пороге кухни и встречаю свою названую мать улыбкой: это кажется немного странным, но мне действительно приятно вновь находиться с ней рядом. Здесь. Не на чужой территории, а там, где моя мачеха хозяйка и рада мне. – Ну нельзя же с порога так шокировать свою семью, которая тебя долгое время не видела!
– Что? – ее слова заставляют меня растерянно остановиться.
Но мачеха смеется и приглашает пройти за стол, за которым уже сидят мой отец и ее сын.
– Девочка моя, говорю, какая же ты красавица стала! – смотрит от окна, искренне мной любуясь. – Вот не видела тебя все лето и только убедилась, насколько была права, когда предлагала Грише купить ружье. Всегда знала, что в тебе есть порода, а сейчас это уже ни от кого не спрячешь. А, Стас? Посмотри, какая Настя у нас красивая! Всем парням на загляденье!
На мне молочный плюшевый халат, длиной чуть выше колена, затянутый поясом в талии, запахнутый на груди.
Ничего из разряда открытого или откровенного, разве что ноги босые. Нет макияжа, а волосы после душа еще чуть влажные и просто касаются плеч и спины. Я знаю, какой могу быть, спасибо Арно и вечеринкам, но сейчас вовсе не момент моего триумфа, и я смущаюсь. Не так от слов мачехи и озадаченного ее словами взгляда отца, как от серых глаз, пристально оценивающих меня.
– Ладно тебе, мама Галя. Перестань, – мягко отвечаю женщине, подхожу и целую ее в щеку.
Я ни для кого не хочу быть красивой, не сейчас. В это утро я как никогда хочу быть сама собой, иначе постаралась бы стать привлекательней, но именно мачеха в данном случае исключение из правил. Она знает это, а потому договаривает:
– И ничего не ладно, моя девочка! Я переживаю, – просто признается, усаживая меня за стол и располагаясь рядом. – Мы с отцом целыми днями на работе да на работе. Голову поднять некогда, не то что за собственными детьми приглядеть, пусть вы стали совсем взрослые.
Ты смотри, поаккуратнее, пока нас нет. У Стаса до сих пор друзья каждый день околачиваются, бычки здоровые. Если что, сразу звони. Я им сама зубы повыбиваю, будут на тебя зариться! А ты, Стаська, чтобы не водил в дом кого попало. Ты теперь здесь не один живешь, так что будь добр, сын, считаться с сестрой. Ты знаешь, о чем я говорю.
Знает. И я знаю. Чувствую. Поднимаю лицо, и мы встречаемся взглядами.
