– Я, может, раз в жизни скажу тебе то, о чем думали все, но молчали, боясь тебя обидеть! Ты думаешь, что тебя все любят? Да черта с два! Просто привыкли с детства, что Дашуля у нас такая особенная, такая воздушная, ее обижать нельзя! Какого, прости, черта я должна щадить твои чувства, если ты никогда не думала ни о ком, кроме себя? Ты таскала нас за собой, чтобы показать, какая ты благородная и щедрая, и муженек твой Витенька – такой же! А мы так, свита, чернь! Все верно – какой же королевский двор без придворных?
– Соля, это же неправда! Зачем ты так говоришь? Я все делала искренне, мне хотелось поделиться с вами радостью…
– Радостью? Какой? Ирка с Леркой горбатятся на работе за копейки почти, мужики у них самые обычные, звезд с неба не хватают и в туристические поездки пять раз в год их не возят! Их предел мечтаний – десять дней в Турции на «все включено» в отеле подешевле! И тут – вы с Витюшей, благодетели! Прага, личный гид, оплаченные расходы! Тебе не приходило в голову, что кому-то это может показаться унизительным?"
"– Странно.
А показалось именно тебе, которая и сама может себе такую же поездку оплатить, – произнесла я автоматически. – Прошло больше года – а ты все носишь в себе непонятную злобу. Разве мы плохо провели время?
– О да, отлично! – с сарказмом отозвалась Соля, вытянув прядь волос и накручивая ее нервно на палец. – Но именно тогда я и поняла, что больше не могу. Жаль, конечно, этого глупышку-гида, Лешеньку, – выбивая из пачки новую сигарету, сказала она. – Но ничего более подходящего в голову не пришло.
А тут однажды ты так удачно свой ноутбук у меня забыла. Даже не знаю, в какой момент я все это придумала. У тебя плохая привычка записывать все пароли и хранить их в папке с надписью «Мои документы», Дашуля. Ты ее давно не открывала, а я вот полюбопытствовала. И ящик твой старый мне очень пригодился. Я целый год переписывалась с этим Полосиным, все думала, как ловчее потом переписку эту слить Виктору. – Она выпустила дым ноздрями, став на секунду похожей на какое-то гигантское чудовище, окутанное сизыми клубами.
Ее силуэт на фоне темного окна выглядел довольно угрожающе. – Но потом я поняла, что могу получить куда большее удовольствие, если начну изводить его намеками – осторожными, вроде бы вскользь. Ничто так не отравляет жизнь, как подозрения… И Витя клюнул. Я не знаю, почему ты не замечала этого – ведь я всегда, в любом застолье, во время любой вечеринки вворачивала что-то этакое, от чего Витюша мрачнел.
