Там ломка накроет меня по полной.
— А он тебе подходит?
— Подходит.
— Врёшь.
Слегка пожав плечами, Стелла отворачивается и начинает перекладывать бумажки на столе. Можно сказать ещё что-нибудь. Упрекнуть её в трусости или, наоборот, засыпать комплиментами. Но ни то, ни то сейчас не имеет смысла. Для меня. Наверное, я слишком ждал этой встречи, чтобы продолжать вымаливать для себя крупицы её внимания. Для меня это больше чем потрахаться. Я не ушибленный на башку пиздюк, который выпрыгивает из окна, ломает себе конечности, но каждый раз с улыбкой готов продолжать.
Даже если она считает иначе.
— Я тебе сводку по месяцам накидал. Скину сейчас по почте. — Я умею говорить без эмоций, когда вижу необходимость их скрывать. — Не переживай. Никто не узнает.
Собираюсь выйти, но в последний момент всё равно не удерживаюсь:
— Красивый костюм. Тебе очень идёт.
Прикрываю за собой дверь и, выдохнув, с силой тру грудь. Хочется просто уйти отсюда к херам и не возвращаться. Она даже не обернулась.
26
Стелла
— Ну сегодня-то у тебя всё в порядке? — Рома подходит ко мне, когда я чищу зубы и обнимает за талию.
Я сплёвываю зубную пасту и поднимаю глаза. Наши взгляды в отражении встречаются. Муж улыбается, но смотрит при этом пытливо и требовательно. Позавчера я отказала ему в сексе, сославшись на боли в животе. Вчера — из-за того, что не было сил.
— Я гормоны сегодня сдаю, Ром. Нельзя перенапрягаться, переохлаждаться, и секс тоже под запретом. Может повлиять на результат.
Я не вру: всего этого действительно нельзя делать.
Правда, анализы я планировала сдавать лишь на следующей неделе, но передумала, едва его руки обняли меня."
"Последние несколько дней я занимаюсь поиском компромисса с самой собой, пытаясь примирить совесть с имеющейся действительностью: я изменила мужу и решила сохранить это в тайне. Забыть, затоптать, переступить и продолжить жить дальше. Иногда мне даже удаётся убедить себя, что ничего ужасного не произошло, а порой — например, в такие моменты, как сейчас, — начинает казаться, что я самый никчёмный человек на земле.
Но никто и не говорил, что будет легко.
Я выделила себе неделю на то, чтобы похоронить память о сексе с другим. Неделя — условный срок, по истечении которого я должна почувствовать себя не слишком паршиво, занимаясь тем же самым с мужем. Я оберегаю этим не только себя, но и Рому. Не хочу унижать его тем, что он будет брать меня сразу после Матвея. Вот к такому смехотворному компромиссу я пришла в своей голове.
— Ладно.
