Лиам кончает вскоре, член пульсирует внутри меня, а его брови сводятся вместе, когда он стонет, как умирающий.
Я припадаю к его груди, и мы сидим так какое-то блаженное мгновение, тяжело дыша, позволяя сердцам биться в унисон.
— Как думаешь, у нас еще есть время на танец? — невинно спрашивает Лиам, его голубые глаза полны обещаний и любви.
Я смеюсь и целую его.
— Да, я думаю, что да.
XXVIII
Лиам"
"Мы беззастенчиво идем обратно к сиянию фестиваля. Я знаю, что любить Уинн опасно, но не могу остановить себя от тоски по ней с каждым вздохом.
Жужжит телефон.
Мороз пробегает по спине, но я игнорирую его, как могу.
Не сегодня. Сегодня я не позволю этому беспокоить меня.
Лэнстон зовет нас, когда мы выходим из тени.
— Куда вы, друзья, ходили? — Он изучает наши лица и хмурится. — И почему вы выглядите так, будто только что закончили трахаться в машине?
Уинн с коротким вздохом прикрывает рот рукой и толкает его в плечо.
Они оба смеются, но я замечаю боль в глазах Лэнстона.
Это дерьмовая ситуация.
Эти два человека значат для меня больше, чем что-либо другое, но что бы я ни делал, одному из них больно.
Меня охватывает чувство вины, а зуд от желания причинить себе боль вызывает мурашки по коже.
— Ты обещала мне танец.
Лэнстон хватает Уинн за руку, и она бросает мне извиняющуюся улыбку, прежде чем выбежать с ним на улицу среди других пар.
Он что-то шепчет ей, и она смеется. Его глаза светятся любовью к ней.
Я сажусь на скамейку рядом с Елиной.
Я вижу много других из «Харлоу», которые танцуют здесь сегодня вечером.
Персонал, пациенты. Джерико обнимает прекрасную молодую женщину, румянец на его щеках вызывает у меня улыбку.
Я наблюдаю, как Лэнстон и Уинн медленно танцуют.
Они улыбаются, полностью увлеченные моментом.
— Все так плохо?
— Что?
Елина достает сигарету и прикуривает. Ее глаза тусклые, и она выглядит так, будто с нее уже достаточно сегодняшнего вечера.
— Ты влюблен в нее, — утверждает она невозмутимо, так же уверенно, как и дым, который она вдыхает.
— Да… влюблен…
Руки Лэнстона опускаются ей на талию, а Уинн обнимает его за плечи так, будто никогда не отпустит.
Мое сердце сжимается.
— Ну, разве ей не повезло? Вы оба ее трахаете?
Я бросаю на Елину холодный, предостерегающий взгляд.
— Нет.
Она жестоко смеется.
— Это мы еще увидим.
В глубине души я знаю, что Лэнстон никогда бы так не поступил. Но мои глаза и мозг говорят мне другое. Они обнимают друг друга так непринужденно, нежно.
Елина не помогает темному шепоту в моей голове.
