– Я понимаю, это неожиданно, – мягко произнес Ричард, поглаживая тыльную сторону ее ладони и глядя снизу вверх на нее так, словно Айрис была единственной женщиной во всей Вселенной.
– Эээ… – только и смогла ответить она.
– А может, и нет.
Нет, неожиданно! Абсолютно неожиданно!
– Мы знаем друг друга всего неделю, но вы должны быть уверены в моей преданности вам.
Айрис почувствовала, как вдруг закивала. Она только не могла понять, это означает согласие или отказ и на какой именно вопрос?
Никто не предполагал, что все произойдет так скоро.
– Я больше не в силах ждать, – пробормотал Ричард, поднимаясь с колена.
– Я… Я не… – Айрис обрела голос, но пока еще не могла составлять слова в предложения.
Кенуорти коснулся губами внутренней стороны ее запястья.
– Будьте моей, Айрис. – Голос его слегка охрип. Ей показалось, что это, должно быть, от сдерживаемого желания. Он вновь припал губами к ее нежной коже. – Будь моей, – прошептал Ричард. – А я стану твоим.
Айрис не могла собраться с мыслями.
Да и как это сделать, когда Ричард смотрит на нее так, словно они были одни на всем свете? Его темные, как полночь, глаза лучились теплом. Нет! Они источали жар. Ей хотелось расплавиться в них, отбросив прочь здравый смысл. Тело сотрясала легкая дрожь, дыхание участилось. Айрис не могла отвести глаз от его губ, когда он снова поцеловал ее руку.
– Ты выйдешь за меня? – спросил Кенуорти.
Нет! Что-то здесь не так. Все произошло слишком быстро.
И ведь он не сказал, что любит ее! Однако то, как Ричард смотрел на нее…
Почему он так хочет жениться на ней? И почему она не может довериться ему?
– Айрис? – тихо произнес он.
– Моя дорогая!
Она наконец обрела голос:
– Мне нужно время.
Вот дьявол!
Получилось так, как он и предполагал. Айрис была слишком умна и не согласилась выйти за него после недели ухаживаний. Но если бы она не была такой умной и здравомыслящей, он бы не выбрал ее.
Ирония ситуации убивала его.
Ему надо вернуться к первоначальному плану. Кенуорти пришел сегодня в Плейнсворт-Хаус с единственным намерением – скомпрометировать мисс Смайт-Смит.
Ничего экстраординарного."
"Поцелуй – больше ему ничего не надо. Один поцелуй при свидетелях – и дело в шляпе!
Но ведь нет! Айрис упомянула про свадьбу, и он почувствовал себя виноватым. А предложение в романтическом стиле было способом загладить вину, будто Айрис догадывалась, что ему есть что заглаживать.
– Ну, разумеется, – мягко сказал Ричард. – Простите меня.
