Моя рука скользит по её спине, притягивая её ближе, и я чувствую, как она поддаётся, хоть и не до конца. Ангелина пытается освободиться, но я не отпускаю её, зарываясь пальцами в её волосы, продолжая целовать её так, будто она — единственное, что сейчас имеет значение.
— Хватит молчать, — шепчу я сквозь поцелуй, не отпуская её.
Она отталкивается, пытаясь вырваться из моих объятий, но я снова притягиваю её к себе, прижимаясь губами к её шее. Её дыхание сбивается, и я чувствую, как она всё-таки сдается на несколько мгновений, прежде чем резко вырывается.
— Тимур, довольно! — наконец, произносит она, её голос дрожит, и я вижу, что в её глазах появляется какое-то смятение.
Я отпускаю её, делая шаг назад, пытаясь отдышаться. Между нами всё ещё пульсирует напряжение.
— По-моему, это не входило в наш договор, — её голос звучит резко, почти колко.
Её слова звучат, как пощёчина, и я невольно морщусь, сжимая зубы. Она смотрит на меня с вызовом, словно пытается оттолкнуть, как можно дальше, даже если ей самой от этого станет хуже.
Её губы сжимаются в тонкую линию, когда она встречает мой взгляд.
— Вы доходчиво дали мне это понять, Тимур Эльдарович.
Ангелина делает полшага назад, почти незаметно, но я замечаю этот жест. Она пытается сохранить дистанцию, снова уйти в свою раковину.
18
Тимур
Я захожу в кабинет с такой силой, что дверь чуть не вылетает из петель. Уже несколько дней Ангелина молчит, и это сводит меня с ума. Она не отвечает нормально, говорит коротко и односложно, а если мы сталкиваемся дома, её взгляд будто проходит сквозь меня, как будто меня вообще не существует.
Я не привык к этому. Не привык к тому, что меня игнорируют. Это раздражение копится внутри меня, как давление в котле, готовом взорваться.
Я кидаю портфель на стол, сажусь в кресло и запускаю пальцы в волосы. Почему меня так бесит её молчание? Раньше такие мелочи не выводили меня из равновесия. Может, я просто не привык, что кто-то смеет вести себя так по отношению ко мне? Особенно после того, что я для неё сделал! Правда, она всего этого не просила, но все же, сделал ведь!
Беру в руки телефон.
Так что ей такое написать? Может спросить, как там ребенок? Нет. Я это уже спрашивал утром. За час ничего не изменилось. Черт! Я сжимаю телефон так, что кажется, он вот-вот треснет.
Она напоминает мне о нашем договоре, держит дистанцию, но… разве мы ещё в рамках этого договора? В голове всплывают её колкие слова, холодные взгляды.
