Он перегибается через пассажирское сидение и, дотянувшись до ручки, сам распахивает дверь. Отказываться глупо: на улице холодно и ветрено, и такси я вызвать не успела, понадеявшись поймать его прямо на выходе.
– Спасибо, – благодарю, забравшись в уже хорошо прогретый салон.
Стягиваю капюшон, снимаю варежки и, растопырив пальцы, прислоняю их к решетке подачи теплого воздуха.
– Домой? – интересуется Султанов, скользнув по мне внимательным взглядом. – Только пристегнись обязательно.
– Угу, – отвечаю сразу и на вопрос, и на просьбу, – сегодня домой, к родителям на вкусняшки завтра пойду.
Не знаю, зачем говорю о последнем. Мы же не друзья и не приятели для подобных тем.
А, начав анализировать, сразу теряюсь и замолкаю, пряча руки в карманы.
Веду себя как нахохливший воробей, не иначе.
– Это здорово, когда семья – рядом. Мои все в Москву перебрались и счастливы, – Сулейман, не замечая моих терзаний, легко поддерживает разговор. А когда говорит о родне, по его четко очерченным губам пробегает мимолетная улыбка, делая его как-то моложе и дружелюбнее, что ли.
– Кроме меня у мамы еще трое детей, две девочки и младший сын. А ты одна у родителей? Ни братьев, ни сестер нет.
Бросает на меня беглый взгляд и вновь возвращает внимание к трассе.
А я мысленно благодарю бога, что скользкая дорога, светофоры и пешеходы занимают большую часть его времени. Слишком волнительно наше нахождение вдвоем в машине.
Не то, чтобы от этого становилось неуютно, но как будто перебор.
– Одна, – произношу сипловато и прочищаю горло, отворачиваясь к боковому стеклу.
Иначе не могу.
Залипаю то на по-мужски сурово-красивом лице, изучая каждую черточку, то на крепких широких ладонях, легко и непринужденно касающихся кожаной оплетки руля и время от времени переключающихся на рычаг коробки передач.
Вот же дурная голова.
Как можно бояться человека и в то же время восторгаться его физической привлекательностью, харизмой и магнетической притягательностью? Не могу ответить на этот вопрос даже самой себе.
"
"– Маша, я сегодня вечером уезжаю в Москву. На три дня, – произносит Сулейман, после того, как легко преодолев все хитросплетения нашего полутупикового двора, останавливается прямо у моего подъезда. И прежде чем успеваю уточнить, для чего мне нужна эта информация, добавляет. – Вернусь в среду после обеда, может к вечеру. Пожалуйста, давай еще раз съездим в Северный до подписания документов. Хочу проверить подвальные помещения.
