На кону же стоит целый район и его будущее.
?Забираю протянутые шефом ключи от здания бывшей спортшколы Вулаева и оставляю мужчин одних поговорить на дорожку. Сама же на негнущихся ногах иду к себе в кабинет, чтобы одеться.
Предстоящая поездка с Султановым совершенно не радует.
Да что там… пугает.
***
Надежда, что мы поедем на рабочей машине, разбивается вдребезги, стоит вернуться в приемную Соколова.
Егор Саныч пожимает Султанову руку, прощаясь, и поворачивается ко мне.
– Маш, Михалыч весь день в отъезде, так что вызови такси, а завтра этот вопрос закроем в бухгалтерии.
– Хор…
– Не нужно такси, я за рулем, – перебивает Султанов и следом добавляет, – думаю, так будет быстрее.
– О, да, отлично, – меняет озабоченное лицо на расслабленное Соколов, – очень кстати. Тогда, Маш, сегодня на работу можешь не возвращаться. Какой смысл гонять туда-обратно через весь город, да и неизвестно еще, сколько вы там провозитесь. А ты, Сулейман Тахирович, будь другом, раз уж на машине, на обратном пути докинь Марию пусть не до дома, так хоть до центра.
Лады?
– Без проблем. Конечно, докину, – произносит гроза моей нервной системы своим глубоким голосом, отчего я нервно сильнее сжимаю папку с документами, а Нина застывает с открытым ртом, забывая, что до этой минуты активно создавала образ очень занятой работницы, не обращающей внимания на присутствующих.
– Удачи, ребята, – благословляет нас Соколов, не догадываясь, как точно угадывает мои мысли.
Удача мне очень и очень нужна.
Идти впереди Султанова, когда спиной и не только ей ощущаешь взгляд, словно прикосновение, безумно сложно.
Я моментально превращаюсь из гибкой молодой девушки в старую неповоротливую развалину с двумя левыми ногами, которые то не гнутся, то не с того, не с сего начинают заплетаться. А в позвоночник, кажется, вогнали кол.
– Всё в порядке? – интересуется Сулейман, останавливаясь прямо за мной, когда притормаживаю на парковке, пытаясь определить на чем мне предстоит ехать.
Горячее дыхание мужчины обжигает затылок и будоражит нервные рецепторы, но дискомфорт от этого испытываю явно только я.
– Последняя, белая, – задает направление Султанов, легко угадывая мои сомнения, но обгонять не торопится. – Пойдем?
Прежде чем успеваю подумать, фыркаю и возобновляю движение.
– По какому поводу был твой показательный хмык? – тихо, почти интимно на ухо интересуется мой нервный раздражитель, когда я останавливаюсь рядом с пассажирской дверью Х6.
– Ожидала немного другого, – произношу честно.
