Скидываю в прихожей верхнюю одежду, включаю чайник и отправляюсь будить свою спящую царевну.
– М-мм, ты холодный, – бормочет она, не открывая своих волшебных зеленых глаз, и переползает на меня. Утыкается носом в шею, смешно пыхтит, а через секунду замирает и всё-таки приподнимает свои пушистые реснички, – от тебя смолой пахнет. Вкусно.
Снова прижимается носом к коже за ухом, отчего мурашки по телу бегут и желание, естественное и крышесносное, на раз пробивает, отключая верхнюю голову и на всю катушку врубая нижнюю.
– Угу. Сюрприз тебе привез, – сиплю, облапывая мою прелесть.
Теплая, мягкая, нежная, доверчивая, такая родная, что дух захватывает. И в который раз кроет, что я мог ее упустить. Никогда ни с кем настолько не срастался, чтобы чувства на разрыв, эмоции, как искры, и каждый взгляд глаза в глаза, как прошивка высоковольтным напряжением.
– Сюрприз? – мурлычет, специально губами по коже ведет и горячим дыханием обжигает, ловя мой судорожный вздох.
– Да, маленькая, – хриплю, теснее прижимая к себе, – только или ты прямо сейчас выбираешься из постели и одеваешься, или я раздеваюсь и присоединяюсь к тебе.
"
"Черт! Последняя идея мне нравится намного больше первой, и я мысленно уговариваю свою девочку выбрать именно ее. Внутри просыпается голодное животное, готовое вот-вот наброситься на желанную добычу, чтобы, действуя на одних инстинктах, подмять ее под собой, овладеть, показать, что моя.
Запрещаю. Не сегодня. Когда-нибудь потом мы попробуем и это. У нас будет еще много ночей и.
.. дней.
Сейчас же хочу ее инициативы, чтобы сама подалась ко мне, потянулась, отозвалась.
– Оставайся, – выдыхает она и пальчиками под толстовку ныряет, ноготками по животу царапает, а я выть хочу, потому что еще чуть-чуть и наброшусь, как оголодавший маньяк.
Скидываю одежду за пару секунд, словно в армии опять, устраиваюсь в полусидящее положение и облокачиваюсь на подушки у изголовья кровати.
– Иди ко мне, – тяну ее ближе, стаскиваю футболку, которая сейчас жутко мешает, и сажаю сверху.
Чувствую, как мой каменный член упирается в ее горячее лоно, и зубами скриплю. Готов кончить прямо так, только от ощущений.
Нельзя. Не хочу ее пугать своим голодом, она и так еще стесняется, замирает, упирается мне ладошками в грудь, прикрывает лисьи глазки. Притягиваю ее ближе, целую плечи, белую шёлковую кожу, одновременно ласкаю грудь и прихожу в восторг, когда, ведомая желанием и моей лаской, она прогибается, вжимаясь сильнее.
