Ты же им про Кравцова рассказывать не станешь, а я волнуюсь.
– Не надо, Сулик, – головой отрицательно вертит, – они же меня потом сюда не отпустят. У папы и так навязчивая идея меня под боком держать, пока замуж не выдаст.
– Хороший у тебя папа, умный мужик, – киваю серьезно. – Я нашу дочь тоже хер кому отдам, пока не удостоверюсь, что мужик достойный.
– Что? – хмурит бровки.
Ну да, рановато я что-то эту тему поднял. Хотя идея Дмитрия Прохорова всецело меня устраивает.
– Чай пойдем пить, Маш, и домой поехали, – отступаю первым на шаг и тру красные глаза.
– Я же так и не спал еще, батарейки реально садятся.
– А может, – ведет она глазами в сторону комнаты.
Нет. Качаю головой.
К себе ее хочу, чтобы никто нам не мешал. А главное, чтобы она потихоньку привыкать начинала к новому месту. Там, где она очень скоро поселится насовсем. Потому что, сцапав в загребущие руки, я ее больше не выпущу.
Хватит. И так времени потеряли пипец сколько.
– Я не знала про дела Кравцова, честно, – вновь возвращается к волнующей теме, пододвигая мне чашку с кофе, когда на кухне уже сидим.
Глядит прямо в глаза, а ощущение, будто в саму душу. – Мне его мать рассказала уже позже, все хотела нас помирить. Но я бы не смогла…
– Знаю, – накрываю ее дрогнувшую руку своей, – знаю, Маш. Всё. Просто забудь. Этот вопрос закрыт, и больше тебя никто не обидит. Я позабочусь. Веришь?
Не моргая, несколько секунд препарирует меня зелеными лазерами, а затем кивает. Уверенно. Четко.
Ну слава богу.
Выдыхаю мысленно.
И с остальным разберемся.
Глава 27
– Ты уверена, что тебе хватит этого на три дня? – интересуется Султанов у выхода из квартиры, скептически осматривая небольшую дорожную сумку.
– Ну да, – отвечаю уверенно, – а что не так?
– Мои сестры, – закатывает глаза, но при этом уголки губ слегка подрагивают, выдавая настроение, – приезжая на два дня в гости, эти пигалицы привозят по два, а то и все три чемодана каждая. И не мини, как у тебя, а полноценных крокодилов на колесиках.
Понятно. Мой скудный багаж его удивляет.
Но ведь каждому свое. За мной носить баулы некому, а руки неказенные. Вот и упаковываю я только те вещи, что пригодятся, а не с расчетом «вдруг случай подвернется…» или «может захочу покрасоваться…»
– Привычка, – пожимаю плечами.
– И она мне очень нравится.
– Уверена, ты ворчишь лишь для отвода глаз, а на самом деле всегда рад видеть сестер и носить их безхвостых крокодилов, – заглядываю с улыбкой в карие глаза.
У Сулеймана хорошо получается меня переключать.
