Он осмотрел спину бандита, пощупал что-то на его шее и произнес:
– Все кончилось. Он мертв.
– Мертв? – Юля не поверила услышанному. Страшный человек, в одно мгновение вырвавший ей ноготь, не мог так просто умереть.
– Мертв, – повторил Евгений. – Ты застрелила его."
"У девушки задрожали губы. Евгений понял, что сейчас с ней случится истерика, и энергично потряс ее за плечо. Встряска подействовала. Во всяком случае, девушка не закричала, а взглянула на него вполне осмысленно.
– Что с машинистом? – Кивком Евгений указал на лежавшего без сознания железнодорожника.
– Не знаю. – Юля мотнула головой. – Он выстрелил ему в ногу, а потом ударил.
Евгений переполз к машинисту. Силы стремительно покидали его. «Похоже, перерезана вена», – мысленно заметил он, заставляя себя держаться. Машинист был жив. Во всяком случае, у него на шее прощупывался пульс. Евгений потряс его за плечо, после чего машинист открыл глаза.
– Как остановить тепловоз? – стараясь говорить внятно, спросил у него Евгений.
Несколько секунд машинист удивленно смотрел на незнакомого человека, потом произнес:
– Там, на консоли, кнопка экстренного торможения.
– Помоги мне встать! – крикнул девушке Евгений, понимая, что без посторонней помощи ему уже не подняться.
Та сейчас же бросилась к нему и, ухватив за здоровую руку, стала поднимать с пола. К удивлению Евгения, она оказалась довольно сильной и смогла поставить его на ноги. Евгений отыскал на приборной панели тепловоза кнопку аварийного тормоза и, дотянувшись до нее, нажал.
В следующее мгновение инерция толкнула его на приборную панель, но девушка, обхватив его руками за грудь, помогла удержаться на ногах. Евгения оглушил металлический лязг заблокированных тормозными накладками колес тепловоза. Но сквозь этот скрежет он уловил едва различимый треск лопастей нагонявшего тепловоз вертолета. «Ну вот и все», – облегченно подумал Кудрявцев и, теряя сознание, упал на руки поддерживающей его девушки...
По лестнице в кабину тепловоза торопливо поднялся подполковник Федоров.
Двое опередивших его бойцов «Каскада» старательно бинтовали раненую руку своего командира. Машинист тепловоза сидел на полу кабины, вытянув перед собой простреленную ногу. Он был в сознании, но невероятно бледный и прижимал к ране поданный ему кем-то из «каскадовцев» медицинский индивидуальный пакет.
– Быстрее заканчивайте перевязку и помогите машинисту! – приказал бойцам Федоров.
– Уже заканчиваем, Иван Захарович, – ответил один из них.
