Прочие взаимосвязи я так и не уловила, но они, несомненно, подразумевались.
— Впрочем, — тут же поправился доктор, — за бабу, возможно, штрафы казенные будут меньше. Все же, когда вас истерия мучит, постарайтесь людей так сильно не бить. Я обязан за избиение крепостной на вас сейчас донести уряднику, но за совсем небольшую плату закрою глаза. Всего двадцать грошей, Елизавета Григорьевна, за молчание. Соизволите заплатить?
Глава восьмая
— Пошел. Вон.
Слова вырвались прежде, чем я успела сообразить — я потеряла контроль над собой и дала волю эмоциям.
А второй мыслью было — эмоциям не моим. Я-Вероника узнала бы сначала, откуда у доктора такая дезинформация. Я-Елизавета… Ох, мне непросто будет с тобой, девочка.
Мой разум, но тело, гормоны — уже не мои.
— Вернитесь. Закройте дверь.
Доктор был ошеломлен не моей реакцией, а моим тоном. Возможно, авторитетной властностью тут обладали отдельные матроны, а не юные девушки вроде меня.
— Что вы имели в виду под истерией? — спросила я спокойно и ждала, что доктор ответит.
Если он сходу поставил диагноз, пусть объяснит. Я поспорю. Все же я была довольно начитана и представляла, что современная мне доказательная медицина не оперировала ни подобными терминами, ни сомнительным с точки зрения эффективности лечением.
Главное, чтобы здесь не считали «истеричек» кликушами. Может быть, тут существовал свой Петр Великий, видевший в бессвязных воплях помешанных вполне конкретную цель — оговор невинных. Тогда я могу направиться в какой-нибудь исправительный дом.
— Дамы… замужние, — после длительной паузы пояснил доктор так безмятежно, словно не он только что предпринял попытку шантажа, которую я пресекла, — редко страдают подобными… приступами, если супруг… — он смутился окончательно, глаза забегали. Я очень хотела поймать на секунду его взгляд и объяснить, в чем заблуждается местная медицина — пародия на науку.
Сдвинуть с мертвой точки прогресс или все же не рисковать рассудком, который мне наверняка повредят в лечебнице?
— Я в курсе, — холодно просветила я.
Доктор вздрогнул, я ухмыльнулась. Вдаваться в детали — как, что, будь его диагноз даже правдив, а болезнь в реальности существующая, я не стала. В конце концов, я всегда успею разрушить свою репутацию невинной девушки, подсказав какой-нибудь мученице одиночества выход. — Вы в курсе, почему я не состою в браке?
Очень хороший вопрос. За него я могла себя похвалить абсолютно заслуженно.
