— Я не сдаю тех, кто говорит правду.
Слова звучат слишком ровно, но несут какой-то тайный смысл. Слишком опасный, чтобы просто отмахнуться.
— А если я вру? — выдавливаю из себя и нервно сглатываю.
— Тогда спасать тебя бессмысленно, — он криво усмехается, и в следующий момент машина срывается с места. Резкий рывок бросает меня назад, и я хватаюсь за ручку на двери, чтобы удержаться. Но удержаться где? Здесь, рядом с ним?
Двигатель урчит низко, зловещё. В этом звуке есть что-то угрожающее, как будто сама машина предупреждает, что лучше не спорить.
Да я и не собиралась. Холод от стекла пробирается до костей, но дрожу я скорее от страха.
— Я просто… просто ехала, — пытаюсь придумать хоть какую-то ложь, которая не прозвучит так убого. — Мне нужно было уехать из города.
— Почему?
— Потому что.… — я замолкаю. Сказать? Нет. Это слишком опасно.
— Мало того, что ты нарушила все возможные правила движения, так ещё и меня чуть не угробила, — перечисляет он мои грехи, а я ещё сильнее холодею внутри.
— Я могу сдать тебя на первом же посту гайцам. Но я не враг тебе. Пока. А если ты продолжишь молчать, и мы оба окажемся в дерьме, мне это совсем не понравится.
Колючие мурашки курсируют по коже, но я всё же не решаюсь рассказать правду. Словно, как только я открою рот, пути назад не будет. А жить очень хочется.
— Ты все равно не поймешь, — небрежно дергаю плечами и отвожу взгляд, чтобы не видеть, как он хмурится.
— А ты попробуй объяснить.
Я смотрю на него, на его профиль, руки. Его пальцы сжимают руль, суставы белеют. Взгляд холодный, как металл. Хочется верить, что этот мужчина не один из моих преследователей. Но таких совпадений не бывает. Это какая-то жестокая игра, правил которой я не понимаю.
— Я не могу, — шепчу наконец.
— Не можешь или не хочешь?
— Не могу, — повторяю тверже, хотя внутри все сжимается. Голос дрожит, но я пытаюсь выглядеть увереннее. Это единственный способ выжить.
Тишина воцаряется в салоне.
Она давит со всех сторон, как бетонные плиты. Я чувствую, как внутри меня становится пусто. Взгляд впивается в окно, словно там можно найти выход, но темнота снаружи не успокаивает. Она такая же безжалостная, как этот мужчина за рулем. Хочется спросить, куда он меня везет, но я не решаюсь. Отчего-то не хочу знать, сколько мне ещё осталось. Это пугает.
— Кстати, я Марат, — неожиданно произносит он, не сводя глаз с дороги.
