Я невольно вскрикиваю и отшатываюсь. Капюшон слетает с головы. Мы на мгновение встречаемся с незнакомцем взглядами.
— Коль, ну аккуратнее, — рычит на него Марат.
— Да, сорян, — тот расплывается в ехидной усмешке, а сам, прищурившись, смотрит на меня.
Его глаза изучающие и настороженные. Мне кажется, я его уже видела. Где именно — не могу вспомнить. В груди начинает тревожно сжиматься, будто он может быть частью всего этого хаоса, но я не уверена. Уже сама запуталась.
— Куда ты ее? — хмыкает Коля.
— В ЗАГС, куда ж ещё, — язвительно бросает Марат и берет меня под руку.
— Смешно.
— Проходи, а.
Этот Коля уходит. Мы идём дальше, но я всё ещё ощущаю на себе его неприятный взгляд. Он будто застрял в моей коже. Я не могу стряхнуть это ощущение, как бы ни старалась.
— Кто это был? — спрашиваю тихо.
— Да никто, — отмахивается Марат. — Из архива.
Тоже получается полицейский.
— Лицо показалось знакомым, но я не уверена, — всё же оборачиваюсь, но коридор уже пуст.
— Очередной бывший? — едко подкалывает Марат.
Я сжимаю кулаки. Вроде и шутка, а внутри закипает от его сарказма.
— Ты неисправим, — фыркаю раздраженно и первой выхожу из здания.
— Это точно.
Марат цепляет меня за локоть и помогает без приключений добраться до машины. Сажусь на пассажирское кресло и пристегиваю ремень. Марат опускается за руль, тихо матерясь насколько всё в этой машине неудобно и не по-человечески и заводит двигатель.
— Куда мы едем? — всё же решаюсь уточнить я.
— В очередное безопасное место, — криво усмехается он.
— Когда-то же должно повезти.
В его голосе скользит усталость, но за ней я слышу ещё что-то. Возможно, то же самое, что чувствую сейчас я — что мы оба застряли в лабиринте, из которого не видно выхода.
— Очень оптимистично.
Глава 19 Марат
Дача деда в нескольких десятках километров от МКАД. В закрытом поселке на берегу небольшой речушки. О нем почти никто не знает. Раньше ударникам труда выдавали небольшие клочки земли в качестве поощрения. Когда я был маленьким, часто приезжал к деду летом.
А потом, когда его не стало, дачу забросили за ненадобностью. Отец много раз хотел продать за бесценок, но я не позволил. Мне очень дорого это место. На уровне инстинктов. Моё личное место силы.
Плаваю в своих мыслях и не сразу замечаю, что машина теряет мощность. Захлебывается и резко глохнет посреди трассы.
Да твою ж мать!
Внутри все сжимается от злости. Сворачиваю к обочине и едва успеваю съехать с дороги, как машина полностью останавливается.
