Его громкие угрозы, вечное желание контролировать все вокруг — это просто дымовая завеса. Но теперь он явно пытается что-то скрыть. Или кого-то.
И снова Даша. Ее лицо всплывает перед глазами, и я почти злюсь на себя за это. Ее глаза, полный страха и упрямства взгляд. Она говорит мало, но каждое слово будто вонзается мне в голову, как заноза, которую не вытащить. Сестра. Убийство. Что-то в ее истории не складывается, но я не могу понять, что именно.
Она боится не за себя. Это слишком очевидно. Ее страх — это не просто инстинкт самосохранения.
Она пытается защитить кого-то. Но кого? И зачем?
Пытаюсь выстроить логическую цепочку: Громов, убийство, эти люди, которые следят за нами. В каждом элементе этой головоломки она присутствует, но как связующее звено или как отвлекающий маневр? Я не знаю. И это немного выводит меня из себя.
Сжимаю руль сильнее. Напряжение в висках нарастает, как звук приближающегося взрыва. Чёртова девчонка. Почему я думаю о ней больше, чем надо? Почему она так глубоко засела у меня в голове?
Врубаю дальний свет, чтобы лучше видеть дорогу.
Мысли кружат, как бешеные птицы. Мне нужны ответы. Нужна ясность. Но сейчас у меня есть только загадки. И каждая из них неизбежно ведёт обратно к Дарье. Я ненавижу это чувство — быть в неведении. Это жжет изнутри, словно раскаленное железо. Но я докопаюсь до истины. Любой ценой.
Паркую машину у здания Управления, выхожу и с силой захлопываю дверь. Холодный воздух ночи неприятно обдувает лицо, но он не отрезвляет, а только обостряет ощущения.
Раздражение, напряжение, предчувствие чего-то важного — все это горит внутри, заставляя ускорить шаг. Лестница блестит ото льда под ногами, а взгляд сосредоточен на каждом шаге. Дежурный кивает мне, но я прохожу мимо, даже не замедлившись. Все, что мне нужно сейчас, — ответы.
Демид сидит за своим столом, окруженный бумагами и мониторами. Его глаза красные от недосыпа, но взгляд цепкий, сосредоточенный. Я едва успеваю войти, а он уже кивает мне.
— Есть что-то? — спрашиваю я, сбрасывая пальто на спинку стула. Любая мелочь сейчас может стать ключом.
— Есть, — отвечает Демид, указывая на экран монитора. Его голос хриплый, но в нем звучит энергия. — Анализ телефона Громова дал интересные результаты.
Он поворачивает ко мне экран, и я вижу перед собой список звонков. Цифры, даты, номера. Но один выделен красным.
— Это что? — киваю на выделенный номер, уже предчувствуя что-то важное.
